Читаем Большая кровь полностью

Что же такого гениального придумал «вождь прогрессивного человечества»? Ничего гениального. В тот день состоялись переговоры по «Бодо» между членами Ставки (Сталин, Шапошников и Тимошенко) с командованием Юго-Западного фронта (Кирпо-нос, Бурмистенко, Тупиков). Поскольку участь Киева (даже Сталину уже все было ясно) не вызывала сомнений, штаб Кирпоно-са выступил с предложением начать немедленный отвод войск от Киева. И... получил отказ.

«Сталин. Ваше предложение об отводе войск на рубеж известной вам реки (реки Псел. — С.З.) мне кажется опасным» (?!). (Архив Министерства обороны СССР, ф. 96-А, on. 2011, д. 5,л.9).

Но почему? Сталин долго наводил тень на плетень, мол, если начать отвод именно сейчас, то войска Кирпоноса на марше попадут под удар Гудериана и Клейста с двух сторон и окажутся в окружении (как будто, оставшись в Киеве, советские части избегали подобного поворота событий). Вы, ребята, сначала организуйте оборонительный рубеж на реке Псел (как будто для этого есть время) и выставьте заслон от Гудериана (в 5—6 дивизий при «большой артиллерийской группе»), тогда и можете отступать, а пока держаться!

И только ближе к концу беседы генсек приоткрыл истинную причину отказа в отводе войск — «Подготовьте тщательно взрыв мостов... Третье. Киева не оставлять и мостов не взрывать без разрешения Ставки. До свидания!» (там же).

Ларчик открывался просто — в этот самый момент люди из военно-инженерного управления 37-й армии генерал-лейте-нанта Андрея Андреевича Власова («того самого»!) совместно с «органами НКВД» и спецгруппой Ильи Старинова тщательно минировали не только мосты, но и исторический центр города — Крещатик. «Пока город не заминируют — никакого отхода» — вот истинный посыл Сталина, вот для чего он загубил пять армий!

После этого Сталин вплоть до 17 сентября (почти неделю) не принимал нового решения:

«Не только отказывался принять, но и серьезно рассмотреть предложения, поступавшие к нему от... Г. К. Жукова, Военсовета Юго-Западно-го фронта и... Генерального штаба... Только 17 сентября Сталин разрешил оставить Киев. В ночь на 18 сентября командование фронта отдало приказ отходить с боем из окружения. Однако вскоре связь штаба фронта со штабами армий и со Ставкой была прервана» (свидетельство А. М. Василевского).

«На левобережном Приднепровье разыгралась тяжелая трагедия.

Лишь части наших войск удалось прорваться из окружения, остальные были уничтожены в боях или пленены. Погиб командующий фронтом генерал-полковник Кирпонос, погибали или попадали в руки врага штабы частей и соединений, тыловые подразделения, медсанбаты и госпитали, полные раненых. Кольцо врага день ото дня суживалось и наконец наступил финал этой трагедии, центром которого стали село Оржи-ца Полтавской области и прилегающий к нему район... Вся масса войск, сдавленных в тугой петле вражеского окружения, со своим транспортом и техникой устремилась сюда, на дамбу, надеясь вырваться из кольца, но путь этот практически был уже закрыт.