Читаем Большая игра полностью

– Что? – воскликнул немец, но тут же справился с удивлением и восторженно заорал: – Да, черт возьми!

– Какие будут распоряжения? – бесстрастно поинтересовался приодетый по такому случаю в белоснежную парадку Хаджиев.

– Команде отдыхать. Пока мы не вернёмся – никаких увольнений. Остальное потом.

– Возможны осложнения?

– Не думаю, но предосторожности лишними не будут. Немцы – они и есть немцы.

– Вы не будете останавливаться в гостинице?

– Нет. Все, что нам нужно, у нас есть.

– Как прикажете!

Тем временем Геринг уже забрался в бот на место штурмана и рассматривал воздушное судно со странной смесью восхищения и зависти.

– У вас отличный корабль! – не смог удержаться от похвалы немец. – Вы сами им управляете?

– Конечно! Ту малышку я никому не доверю!

– О, как я вас понимаю! – не слушая его, продолжил пока еще несостоявшийся рейхсмаршал. – Вы не представляете, как меня тянет в небо. Как душит этот проклятый мундир и наземная служба!

– Отчего же, прекрасно понимаю. Потому и рад был вырваться в это путешествие. Кстати, моя супруга – пилот и, представьте себе, жить не может без полетов.

– Вот как?! – восторженно вскричал тот. – В таком случае я ее верный рыцарь до конца жизни! Всегда восхищался дамами в небе!

– Я тоже, – криво усмехнулся Колычев.

– А почему у вас в команде так много азиатов, да еще и на офицерских должностях? – внезапно поинтересовался Геринг, вперив внимательный взгляд на гостя[11].

– Вы ошибаетесь, – спокойно ответил ему Март. – Мой первый помощник родом с Кавказа, а второй пилот – русский с Дальнего Востока.

– Да? Никогда бы не подумал! – забыв про учтивость, грубовато буркнул Геринг, затем, словно опомнившись, с истинно германским преклонением перед телесной мощью добавил: – Зато каковы боцман и его матросы, настоящие гренадеры!

– Да, эти не подкачали. Истинные арийцы, характеры нордические, выдержанные. Прямые потомки варягов, – не смог удержаться от иронии Март. Впрочем, Геринг если и распознал юмор, что сомнительно, то виду все равно не подал. – По части расовой чистоты, самоорганизованности и физической силы соответствуют самым высоким требованиям «нордической теории» Альфреда Розенберга и «Основ XIX века» Хьюстона Чемберлена.

– О, я вижу, вам не чужда высокая наука?! Вы тоже сторонник гения арийской расы?

– Скажем так, у меня есть свой взгляд на эту проблематику.

Кайзер Германии оказался пожилым человеком невысокого роста, с немного уставшим выражением на породистом лице. Большую часть своей жизни он оставался кронпринцем, мечтал о подвигах, славе, великих политических свершениях, но, получив вожделенный престол, как будто немного растерялся.

Как это ни странно, но больше всего он напоминал короля из «Золушки» в исполнении Эраста Гарина. Такой же профиль, характерные жесты и даже тембр голоса, звучащий как надтреснутый колокольчик. Все это настолько поразило Колычева, что он в первые мгновения беззастенчиво разглядывал германского монарха, с трудом удерживаясь от улыбки.

К счастью, Вильгельм это принял скорее в свою пользу, видимо посчитав, что юный гросс настолько им впечатлен, что позабыл о манерах. Впрочем, кайзер помнил о полученном в приюте где-то на краю мира воспитании своего визави и решил не обращать на нарушение этикета особого внимания.

Затея с личным приемом не планировалась заранее и совершенно не носила официальный характер. Потому проходила в небольшом охотничьем домике на территории Цецилиенхофа – дворца, выстроенного в середине десятых годов двадцатого века по распоряжению Вильгельма II специально для его сына и наследника – тогдашнего кронпринца и его семьи.

Все его пятьдесят пять разных дымовых труб в стиле Тюдоров, кирпичная кладка, темный дуб фахверкового оформления отделки стен, острые, крытые черепицей крыши создавали особый, такой очень немецкий и одновременно уютный колорит.

Марту это здание было знакомо по фотографиям с Потсдамской конференции держав-победителей во Второй мировой войне. Но больше всего он удивился небольшому серебряному самовару, который по приказу гостеприимного хозяина прислуга выставила на чайный столик.

– Рад видеть вас в Потсдаме, – на довольно сносном русском поприветствовал он своих гостей. – Надеюсь, ваше путешествие было не слишком утомительным?

– Благодарю, ваше величество, – в один голос ответили молодожены.

– Угощайтесь, – кайзер постарался как можно четче выговорить неудобные русские слова, – лет десять назад этот электрический чайник-самовар прислал мне в подарок на именины ваш император. Я тогда еще удивился, зачем нужно греть целое ведро воды, если нужна всего лишь одна чашка? Но затем как-то привык, и теперь он что-то вроде моего талисмана.

– В таком случае наш долг верноподданных велит нам обязательно выпить чашку-другую из него.

– Полагаю, вам понравился Берлин?

– У нас еще не было времени ознакомиться с ним должным образом, но мы уверены, что ваша столица нас не разочарует, – проворковала Александра, обрушив на монарха все свое обаяние.