Читаем Большая игра полностью

– Верно. И собираюсь в свадебное путешествие.

– Чудно!

– Собственно, именно поэтому я и хотел вас увидеть.

– Меня?!

– Конечно вас. Вы единственный целитель, которого я знаю и могу доверить свою жизнь.

– Вот как? А я полагал, вы на дружеской ноге с хозяйкой этого заведения…

– Хорошо, переформулирую, – легко согласился Колычев. – Единственный, кто при этом еще не забронзовел.

– Вы все шутите…

– Отнюдь. Я сейчас занят обустройством моего нового корабля, в числе прочего там имеется и лазарет с операционной. И я был бы чрезвычайно обязан, если бы вы осмотрели его, на предмет соответствия новейшим веяниям в медицине, а также возможного улучшения.

– Хорошо, но почему именно я?

– Во-первых, любезнейший Павел Александрович, я вам доверяю.

– А во-вторых?

– Во-вторых, довольно и первого.

– Извольте.

– Кстати, как ваша практика?

– Все хорошо, – нервно дернулся Крылов. – А почему вы спрашиваете?

– Просто так. Мы давно не виделись и не работали вместе.

– Действительно.

– А еще, уважаемый доктор, я вас хорошо знаю. Выкладывайте, что у вас случилось?

– Черт бы вас взял, Колычев! Неужели так заметно?

– Для меня – да.

– Вы знакомы со светлейшим князем Ливеном?

– С которым именно?

– Директором департамента.

– Более или менее. Он был у нас на свадьбе и… кажется, вы с ним говорили. Он что, ваш пациент?

– У вас прекрасная память даже для одаренного. Как, впрочем, и интуиция вместе с логическим мышлением. Убойный коктейль!

– Значит, я угадал.

– Да.

– И что же случилось?

– Назначенные мной процедуры прошли более чем успешно, и большинство органов его светлости стали как у молодого.

– Но не все? – вопросительно посмотрел на собеседника Март.

– Увы! Вы же понимаете, наша методика еще только исследуется, полной картины процессов нет…

– И какой же орган отказался сотрудничать?

– Скажем так, – помялся врач. – Репродуктивная функция не восстановилась!

– В каком смысле? – переспросил Март, но тут же сообразил и разразился звонким смехом.

– Вам смешно, – скорбно поджал губы Крылов, – а он написал на меня жалобы во все возможные инстанции. Я хотел обратиться за помощью к Ермольевой, но…

– Зинаида Виссарионовна назвала вас шарлатаном, напрасно растрачивающим свой талант на сомнительные опыты?

– А вы откуда знаете?

– Неоднократно слышал от нее подобные обвинения. Кстати, а почему вы не обратились ко мне?

– Да неудобно как-то… вы только что женились и вообще…

– Понятно. Ладно, давайте все-таки посетим «Александру», а потом подумаем, как помочь вашему горю.

Красавица яхта и ее медицинский отсек привели доктора Крылова в восторг.

– Боже мой, как у вас тут все замечательно устроено! – с мечтательной улыбкой заявил он. – Вы знаете, я частенько вспоминаю времена, проведенные с вами и вашими друзьями на корабле, как счастливейшие в моей жизни…

– Так в чем проблема? – пожал плечами Колычев. – Давайте их вернем!

– В каком смысле?

– В прямом. Вакансия судового врача еще свободна, и я не вижу ни одной причины, по которой вы бы не могли ее занять. Полагаю, небольшое путешествие пойдет вам на пользу!

– Но мои дела…

– Пустое. Я дам поручение своей службе безопасности, и они все уладят.

– Вы думаете?

– Уверен!

– Даже не знаю, что вам сказать…

– Ничего не говорите, Павел Александрович. Просто соглашайтесь! Мы ведь и лабораторию аптекарскую обустроили здесь по первому разряду. Сможете продолжить свои изыскания, глядишь, и докопаетесь до причин сбоев лечения.

Всякий, кто управлял воздушным кораблем, скажет вам, что это дарит непередаваемое ощущение свободы, силы и возможностей. Трехмерная, объемная реальность высоты, расширяющая грани привычной двумерной плоскости длины и ширины. Чувство восторга и радости от того, что летящая в воздушном океане стальная птица подчиняется малейшему твоему движению.

Одаренный же летчик, берясь за штурвал и РУДы корабля, выйдя в энергосферу, испытывает практически полное слияние с могучим телом своего корабля, ощущает, как воздушные потоки обтекают его плоскости, срываясь и закручиваясь вихрями, как работают винты, как бьется могучее сердце двигателя. Он видит и ветры, и теплые восходящие, и холодные нисходящие токи воздушных масс. Наблюдает, как рождаются и набухают грозой облачные массы, собираясь в целые фронты, как движутся в небесах циклоны и антициклоны. Проще говоря, одаренный пилот никогда не устает от даже самого монотонного полета на эшелоне по прямой.

С самого раннего детства Сашу неудержимо тянуло в небо. Еще совсем маленькой девочкой любила она забраться на колени к отцу или деду и слушать их рассказы о бескрайнем просторе, далеких экзотических странах и необычайных приключениях, на которые богата жизнь пилотов.

Потом, когда Александра подросла, ее брали с собой на праздники, и она, счастливо улыбаясь, смотрела на могучие корабли, галантно козырявших девочке в матроске бравых офицеров и мечтала, что когда-нибудь тоже сможет стать пилотом.

А затем ее родители развелись. Бракоразводные процессы в те времена уже не были экзотикой, но все еще привлекали нездоровое внимание праздной публики. А тут еще дочь адмирала…