Читаем Большая игра полностью

Новый генерал-губернатор Индии лорд Уэлсли[23] впервые услышал сенсационные и неприятные новости о том, что Наполеон высадился в Египте с сорокатысячной армией, из уст уроженца Бенгалии. Этот человек только что прибыл в Калькутту на борту быстроходного арабского судна из Джидды на Красном море. Прошла целая неделя, прежде чем известие подтвердили разведчики, прибывшие в Бомбей на британском военном корабле. Отчасти задержка объяснялась тем, что французские силы вторжения сумели ускользнуть от британского средиземноморского флота, и несколько недель никто не знал, направляются они в Египет или намерены обогнуть мыс Доброй Надежды и двинуться в Индию.

Сам факт перемещения столь многочисленной армии заставил Лондон обеспокоиться, и сильнее всего встревожились лорд Дандес и его коллеги в совете управляющих Ост-Индской компании. Положение компании в Индии никак нельзя было назвать прочным, пусть компания, несомненно, являлась главной европейской силой и фактически контролировала всю торговлю страны. Противостояние с французами и другими конкурентами грозило банкротством, возможности справиться с предполагаемым вторжением Наполеона у компании не было. Поэтому совет с изрядным облегчением встретил весть, что Наполеон намеревается высадиться в Египте, хотя и это обстоятельство само по себе восприняли как достаточную угрозу. Широко распространялись различные догадки относительно возможных дальнейших шагов императора. Главенствовали две точки зрения: согласно одной, Наполеон мыслил наступать по суше через Сирию или Турцию и напасть на Индию со стороны Афганистана или Белуджистана; согласно другой, он должен был прийти морем, отплыв из какого-либо порта на египетском побережье Красного моря.

Дандес не сомневался в том, что французы изберут сухопутный маршрут, и даже обращался к правительству с просьбой привлечь русскую армию для перехвата противника. Собственные военные эксперты компании были уверены, что вторжение, если оно состоится, произойдет с воды, даже при том что Красное море большую часть года закрыто для плавания из-за встречных ветров. Чтобы противостоять этой опасности, отдельную британскую эскадру срочно направили вокруг мыса Доброй Надежды для блокады выхода из Красного моря, а вторую выслали навстречу из Бомбея. Стратегическое значение маршрута через Красное море не было секретом для Калькутты. Несколько лет назад новости о начале войны между Англией и Францией именно этим путем в кратчайший срок достигли Индии, что позволило силам компании опередить ничего не подозревавших французов. В те времена, в отличие от наших дней, регулярного транспортного сообщения с Египтом через Красное море еще не существовало, но срочные сообщения при необходимости доставлялись именно этим путем, а не обычным маршрутом вокруг мыса Доброй Надежды (последний переход занимал, в зависимости от ветра и погоды, не меньше девяти месяцев). Правда, наполеоновская оккупация Египта вынудила временно отказаться от этого «спрямления» пути.

Итак, высшие правительственные чиновники и должностные лица компании в Лондоне испытывали нешуточные опасения, однако сам лорд Уэлсли не то чтобы устрашился пребыванием Наполеона в Египте – он был искренне убежден, что оттуда невозможно организовать успешное вторжение в Индию, ни по суше, ни по морю. Тем не менее он не преминул использовать страхи тех, кто находился в Лондоне, к собственной выгоде. Будучи твердым сторонником упреждающей политики, он настойчиво стремился раздвигать границы индийских владений компании – тогда как прочие директора старались лишь сохранить прежние рубежи, желая получать прибыль для нетерпеливых акционеров, а не совершать дорогостоящие территориальные приобретения. Впрочем, компания все-таки – против своей воли – угодила в тот вакуум власти, что возник в результате падения династии Моголов, и потому все больше втягивалась в правительственные и административные дела. Как следствие, вместо обещанных акционерам ежегодных дивидендов руководство компании столкнулось с непрерывно нараставшими долгами и постоянной угрозой банкротства. Управляющие понимали, что потенциальное вторжение, даже если удастся его отразить, разорит компанию окончательно. Ведь на помощь правительства, занятого схваткой не на жизнь, а на смерть с Францией, особо рассчитывать не приходилось.