Читаем Богатство дураков полностью

После ужина Марго отправила гостью в ванную. Пока Варя нежилась под струями горячего душа, сорока с удовольствием плескался в тазу, прочищая перья клювом. После водных процедур оба устроились в одной из комнат огромной квартиры. Интерьер не удивлял гостью, ведь она уже давно не жила в квартирах и не могла по-настоящему определить, что нормально, а что нет. Темная пленка на окнах лишь убедила в том, что Марго неизлечима больна и скрывается от яркого солнечного света всеми возможными способами. А еще Варя прикинула, что эта пленка прекрасно бы смотрелась на чердаке, вместо тех тряпок, что она развешивала. А декор на стенах в виде различных надписей был идеальным решением для бетонного лабиринта. Варя представляла, как вернется на чердак и распишет серые стены, чтобы стало немного уютнее, прямо как тут.

Скинув банное полотенце, Варя нагишом плюхнулась на расстеленную кровать. Такой мягкости и свежести она не ощущала очень давно! Последние несколько месяцев ей приходилось довольствоваться старой потёртой простынкой, а тут её укрывало мягкое и теплое пуховое одеяло! Она накрылась с головой, поджав колени к груди, и сладко заурчала, как урчит кошка в руках доброго хозяина.

Вася, по своему обыкновению, устроился у изголовья, нахохлив мокрые перья.

Уже проваливаясь в сон, Варя услышала отрывок диалога Марго и Станислава. Половина слов сливалась с ее мыслями, поэтому она не приняла их всерьез.

— Зачем ты старику пообещала участие в аукционе? — слышался раздраженный шепот Станислава. — Его чуть инфаркт не хватил, когда я сказал, что это невозможно. Ты серьезно думаешь, что его картину можно выдать за историческую ценность? Любой, даже начинающий, эксперт определит, что краски нанесены не более года назад.

— Ну а что мне нужно было сказать? Он бы не пошел со мной просто так, — так же шепотом ответила Марго.

— Предложила бы деньги и всё! Им всего-то нужно аукцион сорвать, что бы я смог осмотреть диадему… Ты рассказала им наш план?

— Нет ещё. Все завтра. Пусть отдохнут! Иди домой. Тебе тоже не помешает… Я позвоню.

Вскоре голоса умолкли, а свет в квартире погас. Варе снился чудной и немного жутковатый сон о том, что кто-то ходит рядом, пританцовывая, и выкладывает что-то на ее обнажённое тело. Ей казалось, что по ней ползают тысячи маленьких личинок, которые забираются в нос, уши и глаза. Тело горело, и в то же время ей было ужасно холодно. Она чувствовала дикую боль, но не могла пошевелиться. Все это походило на сонный паралич, которым Варя страдала с тех самых пор, как ее отдали в детский дом. Но самым странным было осознание того, что это всего лишь сон, ведь наяву она бы сразу скинула с себя насекомых и позвала бы хозяйку квартиры.

В какой-то момент Варя проснулась от того, что Вася клевал подушку, будто поедая тех самых червяков. Варя спихнула птицу на пол, ощупала себя и кровать на наличие какой-либо ползучей мерзости, повернулась на другой бок, вновь накрылась с головой одеялом, которое к тому времени лежало где-то в ногах, и снова уснула.

Иннокентий же проспал всю ночь, не открывая глаз. Хотя под утро он всё же услышал, что к нему заходила хозяйка квартиры и поправляла подушку, точно так же, как это делает его любимая жена. Как и Варя, он чувствовал сквозь сон и смену температуры тела, и пронзающую боль. Впрочем, все эти неприятные ощущения он списал на артроз, с которым мучился уже не первый год. А если что-то и ползало по нему, то этого он точно не почувствовал, так как был в стельку пьян.

Несмотря на вчерашнюю жару, утро выдалось довольно прохладным. Радио вещало о температурной отметке в двадцать один градус в середине дня. Солнце то и дело скрывалось за набегающими облаками, а холодный сухой северный ветер пробирал до мурашек легко одетых прохожих.

Иннокентий встал около девяти часов. К его удивлению, вчерашние посиделки прошли почти без последствий и он чувствовал себя вполне сносно. Сделал короткую ежедневную зарядку, помогающую, по замыслу, сохранить дряхлое тело в надлежащей форме. Умылся, еще раз с изумлением осмотрел комнату с затянутым плёнкой окном, в которой провел ночь, затем удостоверился в сохранности картины и направился на кухню, где Марго, как дружелюбная хозяйка, готовила ароматный завтрак. Вокруг нее летала птица, похожая на обычную сороку, которую Иннокентий вчера не видел.

— Доброго вам утра, Марго. Какая у вас удивительная птица! Не припомню, чтобы она летала тут давеча. — Иннокентий подошел ближе к обеденному столу. — Вы простите меня, если я вечером немного перебрал… Уж больно вкусный виски принес ваш друг. Я бы хотел поблагодарить его еще раз за интересный вечер. Он, наверное, спит?

Иннокентий поманил пальцем птицу, но та никак не отреагировала, а лишь села на подоконник и отвернулась к окну.

— И вам доброго утра, — не отрываясь от дел, произнесла Марго. — Нет, он уехал еще вчера, но вы сможете поблагодарить его на сегодняшнем мероприятии. Присаживайтесь к столу. Как вы себя чувствуете?

— Прекрасно. Будто помолодел на десять лет. Хороший алкоголь творит чудеса!