Читаем Бог войны полностью

Блэкстоуна надобно было окрестить кровью. День за днем они ехали на юг, пересекая остров. Деревни были покинуты жителями; некоторые уже спалили фуражиры, а оставшиеся предавали огню люди сэра Гилберта, посылая французскому королю весть, что английская армия наступает. С каждым прошедшим днем досада, что они до сих пор не схлестнулись с врагом, делала норов сэра Гилберта еще сквернее обычного. Как и все дворяне и рыцари, он вожделел упоения битвы и славы и богатств, которые она сулит. Черепашья поступь обоза задержала главные силы Эдуарда далеко позади авангарда. И благодарение Господу за это, дал им знать сэр Гилберт. Им надо унести свои задницы с этой удушающей местности, пока французский король не привел свои войска и не запер их тут спиной к морю. Если авангард принца Уэльского числом в четыре тысячи воинов сможет пробить дорогу через города Сен-Ло и Кан, то дальше дорога ведет в Париж. Сэр Гилберт знал этот край. Ему уже доводилось орошать французскую почву вражьей кровью – вот почему он повел разведывательный отряд рябых от оспы, пьяных головорезов-лучников через богом забытый ландшафт, где его не может донимать никто, кроме насмешливых ворон. И говорил лучникам об этом – что ни день.

Блэкстоун даже не представлял, где находится. Названия поселений ничего ему не говорили – как, впрочем, и большинству остальных. Зато он твердо знал, что ожидание неведомого страшит его. Они огибали болота, продвигаясь по узким колеям между высокими живыми изгородями. Эти бокажи[8] – ландшафт крайне опасный, вынуждавший всех ехать, тесно сгрудившись. В паре миль впереди рельеф постепенно повышался к западу, а потом разворачивался в более открытые луга. Горящие веси остались далеко позади, а блуждающие валлийские копейщики и английская пехота так далеко на юг еще не добрались.

Тревогу поднял Ричард. Его гортанный выкрик заставил сэра Гилберта вскинуться и развернуться в седле, чтобы задать отроку взбучку, но тут он увидел, что тот объясняет Блэкстоуну увиденное. И задержал всадников.

– Он видел какого-то человека в полумиле, протискивающегося в кусты изгороди, – истолковал Блэкстоун его жестикуляцию.

– Крестьянина? – уточнил сэр Гилберт.

– В кольчуге, – мотнул головой Томас.

– Скажи ему, что коли он ошибся, – поглядел сэр Гилберт на брата Блэкстоуна, – я велю его выпороть. Мне нужно двигаться быстрее.

– При всем моем уважении, сэр Гилберт, мертвым вы будете двигаться медленнее некуда, – возразил Томас. – Коли он говорит, что видел человека в кольчуге, стало быть, его он и видел.

Не прошло и нескольких минут, как сэр Гилберт раздал приказания касательно атаки. Блэкстоун и лучники спешились, вскарабкались на высокий обрыв и протиснулись сквозь живую изгородь. Тропа впереди виляла влево, и изгородь повторяла ее извилистый путь. Засада французских войск должна быть за этим поворотом, и лучники смогут скрытно выйти на позицию для стрельбы, полускрытые высокими луговыми травами и осушительной канавой.

– Моя жизнь в ваших руках, – сказал сэр Гилберт Брею и лучникам, прежде чем те поспешили прочь, заранее натянув тетиву на луки.

Первым двинулся Элфред, пригибаясь на бегу в поисках наилучшей позиции – места, которое позволит убивать врага без страха, что их стрелы попадут в сэра Гилберта и его всадников. Они слышали, как те продолжают свой путь по тропе, чтобы заставить засаду раскрыться.

По беззвучному приказу Брея дюжина лучников развернулась в линию в ярде друг от друга, наложила стрелы и замерли в ожидании. Неподвижность дает охотнику преимущество перед жертвой, но тени в живой изгороди, теперь в двух сотнях ярдов от них, беспокойно ерзали, готовясь к нападению и тем самым выдавая свое местонахождение. В памяти Блэкстоуна всплыло воспоминание о людях, трудившихся по ту сторону долины в имении лорда Марлдона. Теперь эта праздная игра ума стала убийственной реальностью.

Блэкстоун увидел руку в рукавице, поднявшуюся из зелени, чтобы вот-вот послать солдат в атаку. Поднял лук, и остальные все как один последовали его примеру. Оперение из гусиных перьев с шипением прошило воздух, и стрелы в ярд длиной опередили засаду на считаные мгновения. Лучники даже с такого расстояния расслышали звук плоти, раздираемой стальными наконечниками стрел.