Читаем Бог войны полностью

– Хорошо, ибо то, что я поведаю сейчас, все равно что исходит из уст самого короля. Отвага будет вознаграждена, победа принесет вам не только почести. Ваш господин, сэр Реджинальд Кобэм, не нуждается в приукрашенных россказнях. Нет более доблестного дворянина на поле брани. Он наш командир, мы будем сражаться вместе с войском принца. Мы, граф Нортгемптон, Готфрид д’Аркур, маршал армии и граф Уорик. Мы авангард, братцы! Мы доберемся до французских ублюдков первыми и выкупаемся в их крови!

Хриплый рев ликования.

– И пограбим! – выкрикнул кто-то.

– Это верно! – прокричал сэр Гилберт в ответ. – Французы обожают свои побрякушки и копят деньгу, как ростовщики. Вернувшись по домам, вы будете жить, как короли! Хоть и будете вонять, как блядские дети, рожденные в свинарнике!

Люди смеялись и ликовали. Эль и полный желудок тому способствовали, хотя еда представляла собой немногим больше, чем овес, ячмень или фасоль, сваренные с диким чесноком и травами. Эти питательные и легкие в переноске продукты составляли основную часть рациона. Да еще хлеб для тех, кому он был по карману, и мясо только для знати.

– Рядом со мной стоят двое, – продолжал сэр Гилберт. – Они лучники, и готов побиться об заклад, тут немного сыщется тех, кому под силу натянуть их луки. Сей, – полуобернувшись, он подтянул к себе Блэкстоуна, – Томас Блэкстоун, вооруженный боевым луком своего отца. Он опекун немого, своего брата. – Теперь он потянул вперед Ричарда, так что теперь все трое стояли в свете костров плечом к плечу. Ричард своими габаритами буквально нависал над обоими. – Существо, которое Господь в мудрости своей избрал сносить несовершенство сего творения в безмолвии. Да будет вам ведомо, оные мои присяжники. Посягнувший на них посягает на меня.

Все примолкли. Никто не осклабился и не выкрикнул никакой гадости в адрес неуклюжего отрока с кривой челюстью.

– Тогда решено, и говорить больше нечего. – Рыцарь выждал минутку, прежде чем заговорить снова. – Но еще одно. По ту сторону холма несколько тысяч пикейщиков. Они будут с нами. – Он помолчал, чтобы придать больше весомости словам. – Валлийских пикейщиков.

Раздались оскорбительные выкрики и проклятия.

Сэр Гилберт поднял ладонь, чтобы утихомирить глумливый гомон.

– И мне сказали, что они не желали покидать дом, доколе им не заплатили сполна. Давайте не забывать, что мы англичане. Эти болотные крысы стащат с тебя сапоги так, что и глазом не моргнешь. А коли наклонишься, чтобы снять их, оседлают тебя, как черномордую овцу.

Издевка смягчила враждебность.

– Куда мы отправляемся, сэр Гилберт? – выкрикнул один из солдат.

– Какая разница? – откликнулся сэр Гилберт. – Вам платят за убийство врагов государства. Это как будет угодно вашему королю. Не знаю, братцы, но гляжу, как грузят провиант; вижу сотни мешков зерна и вязанки стрел, каковые говорят мне, что кампания предстоит долгая. Я слыхал, в Гаскони доброе крепкое винцо!

Загрубевший мужчина, стянув свою кожаную шапку, утер пот со скальпа.

– Оно дело доброе, сэр Гилберт, но я бывал в Низинных странах с королем шесть лет тому, и тогда его казна была пуста. Ему пришлось одалживать деньги у местных, чтобы заплатить нам, лучникам; он даже отослал лошадей на родину, дабы откормить. Думаете, на сей раз будет иначе?

– Не слишком тормоши мои чувства к королю, – холодно обронил сэр Гилберт, и тон его голоса вселил страх без малейших усилий. Блэкстоун ощутил угрозу.

Спрашивавший пошел на попятный:

– Я хочу, чтобы мне заплатили за верность, и только. Я пролью кровь, но мне надобно кормить семейство.

Спор, похоже, выдохся. Сэр Гилберт отошел от костра.

– Нам заплатят, – безапелляционно заявил он, – только уж постарайтесь заслужить. Мы им покажем, на что способен англичанин, когда сражается за своего короля! И сколько трофеев он может унести!

– Благослови вас Бог, сэр Гилберт! – крикнул кто-то, и все возликовали.

– И вас тоже, парни, – отвечал рыцарь.

Они отошли на несколько шагов от сгрудившихся людей, и Блэкстоун обернулся к сэру Гилберту.

– Так ради этого сражение? Ради денег?

– А ты ожидал, что ради чести? Благородства?

Правду сказать, Блэкстоун и сам не знал, что предполагал, но чувствовал, что ради восстановления справедливости.

– Что-то вроде того. Король требует того, что принадлежит ему по праву, или мешает французскому королю забрать это.

Остановившись, сэр Гилберт окинул взглядом тысячи костров на склонах холмов.

– Все здесь ради денег. Нам всем нужна плата. Банки рухнули, налоги высоки. Королю нужна война. Мне нужно сражаться и найти дворянина, чтобы потребовать выкуп, и тогда я смогу вернуться на родину богатым. Если ты выживешь, ты вернешься в свою каменоломню, к своим овцам и свиньям, и будешь ждать нового призыва, потому что только войной мы и живем.

– Должна же быть какая-то честь. Мой отец спас лорда Марлдона.

– Истинно, спас, но то дело другое; там люди сражались друг за друга.

– Тогда вы здесь ради этого. Чтобы сражаться за своего короля.

Блэкстоун затронул честь сэра Гилберта. Рыцарь предпочел его проигнорировать.

– Поспите. Мы поднимаемся на борт с рассветом.