– А кто такой Юра? – спросила она. – Хороший парень, сильный, волевой.

– Я не знаю, – пожал Даня плечами. – Познакомились здесь, во время полета. Даже и поговорить толком не успели. Но тут ты права, парень он сильный, толковый.

– А что вы с ним затеяли, что это за идея, почему его забрали с собой? Что он им сказал?

– Узнаешь, – усмехнулся Усов.

– Это опасно? Ему грозит опасность? Что вы придумали?

– Тише, – еле слышно ответил юноша. – Спи давай! Закрывай глаза и спи. Надо, чтобы завтра у нас с тобой были силы!

<p>Глава 5</p>

Огромные сосны и кедры, наполовину скрытые густым туманом, возвышались над землей, как молчаливые стражи. Холодный ветер пробирался между деревьями, шелестя их ветвями, словно некие видения из мира снов. Спецназовец разжег небольшой костер, чтобы согреться и хоть немного разогнать окружающий мрак. Самсонов сидел, прислушиваясь к каждому звуку, погруженный в свои мысли о задании и о том, что может ожидать его впереди в этой загадочной и тревожной чащобе.

Ночь постепенно окутывала его своим черным крылом, глаза закрывались от усталости, и спецназовец погрузился в беспокойный сон. В этом сне он вновь оказался в алтайском лесу, но теперь деревья были будто живые, они шептались на странном языке, и язык их был пугающим и непостижимым. Он понимал, что на кону жизни заложников, на каждом шагу могла быть ловушка, готовая захлопнуться в любой момент. И вот он услышал крики – беспомощные, пронизанные болью и страхом, эхом разносящиеся среди мрачных стволов деревьев.

Сквозь густой туман появились силуэты террористов. Они приближались медленно, словно специально желая вселить в него ужас. Туман сгущался, дыхание стало тяжелым, как будто сам лес стремился задушить его. Террористы внезапно исчезли, и на их месте возникли лица друзей, погибших на заданиях. Их глаза смотрели с упреком, как бы обвиняя его в том, что он не сумел их спасти, помочь в том их последнем бою. Тревога во сне нарастала, превращаясь в удушающее чувство вины и безысходности.

Резкий звук – он проснулся. Костер почти погас, а вокруг царила глухая тишина. Это была та самая тишина, которая пугает больше всего – прежде чем враг нанесет удар. Он понял, что сон был предостережением, эмоциональным маяком на пути к реальной битве, где каждый шаг и каждое мгновение могли стать роковыми. Спецназовец встал, проверил оружие и снаряжение и, еще раз оглянувшись на угасающий огонь, двинулся вперед в глубину алтайского леса, готовый встретить любую опасность.

В темноте Самсонов двигался осторожно, каждый шаг был выверен и осмотрителен. Силуэты деревьев, словно гигантские стражи, наблюдали за его продвижением. Ветер принес запах влажной земли и хвои, смешанный с легкими оттенками гари от почти потухшего костра. Спецназовец знал, что ему нужно быть начеку – враги могли появиться из ниоткуда, и малейший звук мог стать сигналом к началу схватки.

Он чувствовал, как напряжение постепенно нарастает в нем. В лесу стало темнее, туман сгущался, делая видимость минимальной. Его зрение и слух обострились до предела. Он проверил радиосвязь, но эфир оставался пустым, словно мир вокруг забыл о его существовании. Ничего, ведь это не в первый раз – действовать в одиночку, говорил себе спецназовец. Так было уже много раз. Ты оставался один потому, что все повернулось во время задания, во время непредсказуемого боя. А было так, что ты шел на задание один именно потому, что так было надежнее. И вот сейчас ты снова один. Ты знаешь, что где-то твои товарищи выполняют свой долг, делают свое дело так, как умеет делать только спецназ военной разведки. И ты один из них, и, даже находясь на расстоянии, ты ощущаешь плечо друзей, уверенность командиров. Ты один, значит, так надо, значит, иначе нельзя. И ты правильно сделал, что пошел один. По-другому ты поступить не мог в тот момент, и пользы от тебя будет больше, если ты доведешь до конца свою миссию. Только так ты поможешь своим друзьям, бойцам своей группы – Рыси, Банкиру. И своему командиру капитану Меркулову с позывным Берег.

Вдруг впереди мелькнул свет – едва заметный, но различимый среди густого тумана. Спецназовец остановился, затаив дыхание, прикинул расстояние и возможности подхода. Место, откуда исходил свет, могло быть лагерем террористов, а могло быть и ловушкой. Он двигался медленно, выбирая путь с максимальной скрытностью, стараясь не издавать ни звука. Подойдя ближе, он увидел, что это действительно лагерь, небольшой костер скупо освещал фигуры врагов, собравшихся вокруг него. Их разговор был слышен через туман, но слова звучали нечетко, лишенные конкретного смысла. Спецназовец прицелился, его рука не дрогнула, словно каждая мышца и нерв были подчинены одной единой цели. Он знал, что решительный момент настал и ему предстояло освободить заложников – любой ценой.