– Отведи его и посади с остальными. – Серый кивнул на Одинцова своему помощнику и ушел.

Спецназовец сел рядом с Данилой и откинулся спиной на ствол дерева. И только теперь он понял, как рисковал и что его жизнь только что висела на волоске. Усов попытался было расспросить приятеля, о чем тот разговаривал с главарем, но Юра осадил его толчком локтя в бок и хмурым взглядом. Стоявший рядом настороженный террорист посмотрел на заложников, но те уже перестали переглядываться и пытаться разговаривать. Одинцов внимательно следил за Серым: с кем тот отправился разговаривать. Охранник топтался рядом, потом к нему подошел второй террорист. Они закурили и стали о чем-то разговаривать вполголоса и смеяться. Теперь Одинцов воспользовался случаем и, не поворачивая головы, шепотом заговорил.

– Я услышал о том, каким маршрутом они собирались уходить, и отговорил главаря. Вызвался показать ему другую дорогу. Им надо попасть к железной дороге. Место не узнал, но направление примерно понятно. Если кому-то удастся сбежать и добраться до наших, сообщите о направлении. И еще, все материалы сейчас у Серого в карманах. Это флешка и наручные часы с тайником. Вон тот высокий молодой, который единственный без оружия у них, видимо, какой-то предатель, который похитил какие-то важные вещи и с ними пытается переправиться через границу.

– Шпион? – сразу спросила Марина, со злостью сузив глаза.

– Вряд ли. Скорее всего, мелкая сошка, гад, предатель. Ребята, если нас разделят, не паникуйте. Их все равно найдут, и очень быстро. Поверьте мне. Вас освободят, спецназ умеет проводить операции так, чтобы не пострадали заложники. Держитесь. Если сумею, я не выпущу главаря из леса.

Больше поговорить не удалось. Одинцову приказали подойти к главному. Он поднялся, чувствуя спиной взгляды ребят. Сердце лейтенанта сжалось. Страшно, неприятно бросать их здесь. Он и сам, оставаясь, мало чем мог помочь Даниле и Марине. Но все же он был рядом. А сейчас пусть и с важной целью, но он бросал их, оставлял с террористами. Страха в их глазах, наверное, не было. Ни за себя, ни за него. А вот неуверенность, горечь, тоска ощущались очень сильно. «Продержитесь, ребята, прошу вас, – мысленно попросил Одинцов. – Ну нет у нас другого выхода, не могу я придумать больше ничего. Нам ведь и о Родине надо думать, а не только о себе».

<p>Глава 4</p>

Самсонов не успел добежать до крайних деревьев, когда заметил возле разбитого вертолета человека с автоматом. Одет он был в какой-то нейтральный камуфляж невоенного образца, который носят чаще охотники и рыбаки. Но по поведению этого человека, по тому, как он стоял, двигался, поворачивался и как держал автомат, было понятно, что это профессионал, человек с большим военным опытом. Или диверсионным. Самсонов замер на месте, чтобы не шуметь, и медленно опустился на траву. Сейчас от террориста его могли закрыть только редкие кустики. Ну и еще первый ряд деревьев, если он до них сумеет добраться незамеченным.

Спецназовец неслышно опустил на траву свой рюкзак, сел на корточки и оперся на землю одной рукой. «Не видит меня», – решил он, глядя на незнакомца. А вот и второй! Еще один вооруженный человек вышел из леса по другую сторону вертолета. Они обошли изуродованную машину, и один, что пониже, стал указывать рукой в сторону, куда недавно ушли летчики. Оба террориста присели на корточки и стали рассматривать следы. А вот это плохо. Если они люди опытные, то поймут, что два человека недавно прошли по траве в том направлении. Прошло мало времени, и даже примятая трава еще не поднялась, не выпрямилась. И разговаривают тихо, не издавая лишних звуков, и передвигаются почти неслышно. И тут за спиной хрустнул под чьей-то ногой камешек. Чуткое ухо спецназовца сразу уловило этот звук и отнесло его к категории опасных.

«Из двух зол выбирают меньшее», а на языке спецназа этот принцип звучит как «из двух целей выбирают наиболее опасную в данный момент». И спецназовец развернулся в сторону ближайшей опасности, чуть выставив перед собой автомат. В последний момент, когда Самсонов увидел перед собой бородатое лицо и злые, прищуренные глаза, он все же решил не стрелять. Выстрелить он бы успел, но сразу поднимать такой шум в лесу, не зная еще, сколько террористов пришли к сбитому ими вертолету, не стоило. Можно попробовать разобраться по-тихому. Вряд ли эта схватка останется неуслышанной теми двумя у вертолета, но все же попробовать стоит. Как раз на случай, если их там не двое, а больше.