– Правильной, – коротко ответил Меркулов.

– Поясните, – так же резко потребовал генерал.

– Правильной – это значит так, как его учили. Он будет наблюдать, не выдавая себя, оценивать ситуацию и силы террористов и планировать освобождение заложников и нейтрализацию террористов. Действовать он будет тогда, когда шансы на успех будут, на его взгляд, максимальными. Или когда не будет иного выхода спасти людей.

– Но он в военной форме, и террористы просто не дадут ему действовать, – недовольно возразил генерал. Он понимал, что вся ответственность за согласие участвовать в этой операции спецназа ГРУ вообще и группы Меркулова в частности сейчас лежит на нем лично.

– Видите ли, Андрей Васильевич, – улыбнулся Завьялов. – Лейтенант летит в гражданской одежде. Это заметил еще и дежурный военный комендант, когда выписывал ему билет по армейским проездным документам. Но Одинцов находится в отпуске по излечению и имеет право не носить в это время военную форму. Так что он в обычной одежде, как и все гражданские.

– Хорошо, вы готовы, Меркулов?

– Так точно. Приказывайте.

– Вам нужно срочно вылететь на перехват самолета с террористами. В месте приземления захватить самолет, спасти пассажиров и по возможности захватить хотя бы часть террористов с тем, чтобы выяснить их предполагавшиеся цели. Остальное придется додумывать прямо здесь и прямо сейчас.

– Где приземлится самолет? – спросил Меркулов.

– Неизвестно, – ответил вместо генерала Завьялов. – Известно только направление, которым он сейчас следует. Юго-юго-восток.

– Количество пассажиров и террористов на борту?

– По посадочной ведомости там шестьдесят семь пассажиров. Сколько из них террористов, пока неизвестно. Экипаж под контролем, на связь террористы выходят в одностороннем порядке. – Полковник вытащил из большой папки карту и разложил ее на столе. – Вот тебе, Антон, для наглядности. Вот маршрут самолета в настоящий момент. Вот в этой точке они изменили курс. Горючего у них хватит на то, чтобы перелететь государственную границу. Китайские пограничники предупреждены, но я думаю, что в Китай самолет не полетит. На борту не дураки, они знают, что наша страна никогда еще не была в таких хороших отношениях с Китаем, как сейчас. Да и вообще, почти весь юго-восток – страны – члены БРИКС или кандидаты в эту организацию.

– Они сядут где-нибудь в глуши и уйдут по тайге, – уверенно заключил Меркулов. – У них нет шансов скрыться за границей, и они даже не будут пытаться сделать это. Я считаю, что они сядут где-то на Алтае. Но надо перестраховаться и выслать еще несколько групп на случай, если самолет сядет в другом месте.

– На большом «живом» аэродроме? – с сомнением покачал головой Калачев.

– Ну, это не «Боинг», это же «Суперджет», ему нужна полоса покороче. Такой самолет можно посадить на кукурузное поле.

– Выясните, какая площадка в Бийске, – ткнул в карту пальцем Меркулов. – Я пошел готовить группу. Михаил Сергеевич, нам нужно снаряжение, патроны, спецсредства, хотя бы две «птички» и сухой паек дней на пять. Я возьму с собой пятнадцать человек.

– Пятнадцать не получится, товарищ капитан, – поднимаясь, тихо сказал Калачев. – Вылетать нужно прямо сейчас, а под рукой у нас маленький самолет, в который мы сможем со снаряжением втиснуть только четверых. Ждать подходящий борт придется не менее двух часов. А у нас нет этих двух часов. С отправкой вам поможет полковник Завьялов, а я пока свяжусь с чекистами, посвящу их в наши планы. Нам приходится держать с ними связь и постоянно консультироваться. Это их идея отправить вашу группу. Михаил Сергеевич вам изложит детали операции.

Меркулов слушал, не прерывая, и про институт, и про позицию ФСБ в этой операции. Когда Завьялов закончил говорить, капитан кивнул:

– Я оставлю Беликова.

– А если он осознал ошибки и готов искупить потом свою ошибку?

– Нет, Михаил Сергеевич, – покачал Меркулов головой. – Ему не доверяют бойцы, а идти в бой с командиром, которому не доверяют бойцы, нельзя. Вы это знаете. Сам Беликов, если все осознал, будет стараться реабилитироваться, будет доказывать свою компетентность и может сгоряча еще больше наломать дров. Я поговорю с лейтенантом и оставлю его здесь. Пусть вместе с полицией и ФСБ разбирается в ситуации и держит связь с вами и со мной. Его оценка спецназовца важна для нас. Полиция не сообразит того, что может ему прийти в голову, он может дать нам дельный совет отсюда. Он будет нашим координатором.

<p>Глава 3</p>

Лейтенант Беликов вошел в кабинет и сразу посмотрел на Веронику. Симпатичная девушка в полицейской форме с погонами курсанта сидела напротив оперативника и что-то ему горячо доказывала. У оперативника лицо было мученическое, и он пытался остановить словесный поток девушки. Она сразу замолчала, увидев вошедшего военного.

– Здравствуйте, – отведя глаза от стажера, сказал Беликов. – Вы капитан Щербаков? Это я вам звонил. Лейтенант спецназа ГРУ Беликов.

– Ух, – вырвалось у девушки, но она сразу замолчала, уловив строгий взгляд начальника.