— Легко, — усмехнулся хранитель, — как ты говоришь. Каждый маг иногда склонен переоценивать свои силы, возможности и влияние. Я получил хороший урок. Все хранители получили хороший урок, и теперь долгое время подобного не повторится. Чего ты хочешь? Денег или равноценного знания? Я могу предложить тебе двадцать камней, которые являются очень ценными для разумных Арланда. Двадцать слез Тайи тебя устроят — так они называются за пределами Закрытого леса? Двадцать трехдневных слез, лучше просто не бывает.

Я выпал в осадок. Каждый такой камень стоил туеву кучу денег! Это решение всех моих финансовых проблем, которые возникнут через несколько лет!

— Знания, — сказал я. — Информация — это деньги и возможность выжить.

— Я был прав, — расхохотался друид. — Не было нужды в твоем испытании, на котором настояли остальные хранители. Ты умен и не алчен. Ты получишь знания. Я вижу в твоей голове, чего ты хочешь и что может сильно помочь тебе. Может быть, ты и сам этого не осознаешь, но я это вижу.

— Вы — повелитель разума? — спросил я.

— Не оскорбляй меня, — усмехнулся дедок. — Ты же не будешь настоящего архимага называть мастером магии? Много знаний было потеряно во время Смуты. Но кое-что сохранилось в наших лесах.

Интересно, а степень моего удивления еще может вырасти или как?

— Когда я их получу? — спросил я.

— Ты уже их получаешь, — успокоил меня дедок. — Это твои знания, которыми ты не мог владеть в полной мере и обучить других, убийца магов.

Нет, я могу удивляться еще больше. Не думал, не думал. Узелок на память — и надо подумать над составлением собственной эмоциональной шкалы с четкими определениями. А то эмоции есть, а термина, определяющего это состояние, нету.

— Благодарю, хранитель, — склонил я голову. — А если бы я выбрал слезы Тайи?

— Ты бы умер, — просто сказал дедок. — Ты оказался бы недостоин дара и моей благодарности. Многие оказавшие услуги хранителям выбирают ценности и умирают, никому не сообщив о причине своей смерти. Да и тебе не нужно обо всем рассказывать профу и кому-то еще. Прощай, воин. А насчет того, что я могу копаться в твоей голове, ты не особо переживай. Мне любопытно видеть, как мысли разумного расходятся со словами даже помимо его желания. Многие этим грешат, ты тоже, но не сильно. Вежливый я, — друид хмыкнул, — скажешь еще.

Друид прыгнул куда-то в лес. А насчет его слов — почему я не удивляюсь?

Глава 9

Экстрим с Арной: выжил!

— Ну как? — спросил меня проф, который совершенно случайно оказался у ворот замка. Колар совсем не извелся в ожидании меня, нет. Он просто цветочками любовался, растущими на вымощенном булыжником внутреннем дворе замка.

— Расскажу, — начал я. — Не все, но расскажу.

— А почему не все? — изумился проф.

— Жить хочу, — ответил я. — Хранитель поставил мне несколько условий. Проф, собирай номеров и учеников Джокер. Через полчаса будете слушать мою исповедь.

— Я займусь этим, — сказал выросший из-под земли Третий. — Тины нужны?

— Не особенно, — ответил я.

— Тогда пусть их и дальше гоняют Арна с Евдокией.

— Они заинтересовались этими белоручками? — спросил я.

— Да, — усмехнулся Третий. — Как только тины пожаловались девушкам на тебя, Арна сразу всучила им учебные мечи, а Евдокия кинжалы. Еще приехал гонец от барона эл Эрмы и сказал, что тот будет завтра с утра.

Я повел в конюшню Пушка. Отлично. Если Лонир за две недели, как я жутко разболелся, смог провести всю предварительную подготовку к перевороту, то пора браться за дело. Вернее, за стену, которая намертво перекроет перевал каменных извращенцев. Сейчас затевать строительство — самое лучшее время. Все срочно готовятся к официальному представлению принца Керта благородному народу Декары. Вон даже гостей в моем замке нет. Многие мигом разъехались, как узнали столь потрясающую новость. Оставшиеся немногочисленные гости анклава переехали к моим благородным соседям. Веселиться, когда хозяин замка столь жутко болеет, не есть гут. Кстати, надо что-то придумать. Барон эл Стока не может болеть регулярно и тяжело. Вредно это для его имиджа, очень вредно. Пушок, не скучай. А тины сами виноваты. Нечего скулить мастеру-охотнику и жительнице Белгора о жестоком мне. А Дуняшу я лично коротышами учил работать. Нечего было ей пытаться так неумело меня убивать, причем несколько раз. Пусть теперь она парней учит владеть короткими клинками.

— Вот такие дела, — закончил я излагать слегка отредактированную версию общения с друидом своему малому совету в лице номеров и учеников.

Молчание. А у профа глазки начали поблескивать очень нездорово. Не надейся, родной. Пока я не пойму, вернее, пока мы не поймем логику поступков хранителей, я не сниму с тебя запрета на посещение Закрытого леса. Хорошая штука — клятва на крови. Хрен ты туда сунешься без моего разрешения.

— Влад, — промямлил проф, — а…