Читаем Блудные братья полностью

— Вы любите оружие?

— Все эхайны любят оружие. Даже дети.

— Дети везде одинаковы. У нас они тоже обожают красивые и ладные цацки. Хотя лично я предпочитал лук и стрелы…

— Тогда вам по вкусу придется боевой арбалет, — сказал Юзванд, откладывая трезубец и расчехляя очередной экспонат. — Модель «Шорох Смерти 25», состоит па вооружении штурмовых отрядов личной гвардии гекхайана Светлой Руки.

Дальность боя при безветренной погоде — четыреста шагов. Если же случится попутный ток воздуха, а вы опытный стрелок и сроднились со своим дружком — то и все пятьсот. Магазин на двадцать пять стрел может быть без затруднений: опорожнен в противника в течение трех минут. А еще лучше накрыть атакующую толпу единым залпом… Но, разумеется, боевые действия — не главное применение этого замечательного оружия. Больше всего он гож при ночных диверсионных вылазках, требующих полной скрытности. Интеллектронный прицел не даст вам промахнуться… если, конечно же, вы умеете делать поправки на боевые условия.

— Как еще вооружены штурмовики гекхайана?

— Если вы имеете в виду личное оружие, то весьма разнообразно. — Глаза Юзванда затуманились воспоминаниями. — Метательные ножи десяти видов, как обоюдоострые, так и сугубо колющие, с зазубринами прямого и обратного хода. Я всегда предпочитал «шершень» — им было одинаково удобно что отрезать голову противнику, что доставать занозы из ладоней, а рукоятка очень подходила для откупоривания сосудов с горячительным.

— Кто же был вашим противником, геургут? Против ожидания, Юзванд не насторожился, не выпустил все колючки. Наоборот, на его лице вызрела блаженная улыбка.

— Был бы полководец, — загадочно произнес он, — а противник найдется.

— Читруны и цмортенги? Эхайн расхохотался:

— Кто видал живого читруна? Разве что вы, этлауки: вы же души не чаете в самых страховидных и богомерзких тварях. Что же касаемо цмортенгов… Ни другу, ни злобнейшему своему врагу, включая вас, не пожелаю выйти против цмортенга — с прибором ли для вскрытия консервов, вроде «шершня», в полном ли облачении, в тройной броне и с пятью полными боекомплектами, — даже если цмортенг больной и пьяный.

— Драд-двегорш! — процедил Кратов сквозь зубы. — Объяснят мне, наконец, что это за монстры такие?

— Кроме того, бойцы штурмовых отрядов личной гвардии гекхайана имеют при себе: саморазворачивающиеся метательные сети для лишения врага способности к перемещению, двух модификаций: с когтями и без оных; пластиковые канаты для полного обездвижения врага и личного перемещения в вертикальных плоскостях, для чего упомянутые канаты могут снабжаться самозащелкивающимися крючьями; взрывные устройства для ручного и реактивного метания шестнадцати модификаций, отравляющего, ослепляющего, оглушающего, иного деморализующего воздействия, а также локального и массового поражения…

— Довольно! — возопил Кратов.

— Хха! — ощерился Юзванд. — Вы всерьез полагали, что одного вечера будет достаточно даже для простого перечисления всех видов вооружения, которое мы создавали, шлифовали и оттачивали годами и столетиями?!

— Я полагал, что в Судах справедливости и силы не используется весь ваш арсенал…

— Высший героизм — прийти на Суд с голыми руками. Но это — лишь проявление личной доблести. Статут справедливости не обязывает вашего противника обладать равной с вами доблестью. История знает прецеденты, когда поединщик оказывался с голыми руками против всадника с лучевым копьем.

— А знает ли ваша история прецеденты, когда голая рука одерживала верх над оружием?

Юзванд посмотрел на него оценивающе.

— Такие случаи бывали, — сказал он. — В позапрошлом веке некто Абгаэбр, виллан т'гарда Ирпалми, добился справедливости в поединке с тяжеловооруженным сеньором, будучи оснащен лишь двумя кулаками. Правда, по окончании Суда кулаков у него осталось всего ничего, но имущество и титулы побежденного он таки унаследовал. На вашем месте, яннарр Кратов, я не стал бы возводить это редкостное исключение в правило…

— И что бы вы предприняли на моем месте? Эхайн отвел взгляд.

— Никто не упрекнет меня в малодушии, — промолвил он. — Но для начала я не стал бы бросать вызов т'гарду Лихлэбру.

— Даже если он оскорбил бы вас так же тяжко, как злосчастный Азитуэбр — вашего деда?

— Азитуэбр был бражник и волокита. Его здоровье было изнурено бесчисленными аристократическими пороками. Наследственность же Лихлэбров еще не успела расшататься настолько, чтобы потребовать вливания новой крови, и третий т'гард Лихлэбр отважен и силен, как это и подобает эхайну.

— Тем не менее, пока у нас — ничья…

— Чему я безмерно удивлен.

— Хорошо, иначе поставим вопрос. Чем может воспользоваться на Суде сам т'гард Лихлэбр?

— Не думаю, что, помогая вам советом, я нарушаю какие-то этические нормы, — сказал Юзванд со вздохом. — При обычных обстоятельствах т'гард явился бы на Суд в облегченном комбинезоне штурмовика с одним-двумя видами холодного оружия. «Шершень», «двойное жало», какой-нибудь стилет… И, возможно, на крайний случай он припас бы портативный энергоразрядник «Горний Гнев».