Читаем Блондинка в черном парике полностью

Вот оно, поняла Салли. Прежде она никогда не встречала этого человека. И он был не таким старым, как все остальные в этом городе. Значит, не здешний. Он ее выследил! Этот мужчина явился затем, чтобы препроводить ее обратно в Вашингтон или силой вернуть в то ужасное место! Да, он вполне мог работать на Бидермейера, и, очень может быть, так оно и есть. Она не может туда вернуться! Салли смотрела снизу вверх на крупного мужчину, который теперь возвышался над ней. Как странно он смотрит — словно по-настоящему сочувствует. Но она знала, что это невозможно, он не может, не должен… это всего лишь уловка. Он явился для того, чтобы причинить ей боль.

— Телефон, — сказала Салли, потому что она собиралась умирать, потому что какая разница, что именно она скажет, ей все равно предстоит умереть. — Кто-то позвонил. Он меня напугал. — С этими словами она поднялась и начала медленно пятиться от Квинлана.

Интересно, есть ли у нее оружие? Может быть, она сейчас развернется и помчится за ним. Не хотелось бы, чтобы дело обернулось так паршиво. Быстро рванувшись вперед, Квинлан схватил ее за левую руку. Она закричала и стала изворачиваться, пытаясь вырваться из его хватки.

— Черт возьми, я не собираюсь причинять вам вред!

— Убирайтесь! Я с вами не поеду, не поеду! Убирайтесь прочь!

Теперь она задыхалась от рыданий и дралась изо всех сил, весьма эффективно тыча Квинлану кулаками под самые ребра — туда, где было по-настоящему больно, потом занесла ногу, чтобы ударить его коленом.

Джеймс рванул ее, разворачивая спиной к себе, плотно обхватил руками и держал до тех пор, пока Салли не утихла. Теперь у нее не было возможности даже пошевелиться, не то что ударить, но ребра, по которым она успела садануть, здорово болели.

— Я не собираюсь причинять вам вред, — снова повторил Квинлан. Его низкий голос прозвучал тихо и спокойно. В ФБР он был одним из лучших мастеров вести допрос: Квинлан отлично владел голосом, мог придать ему именно то звучание, которое было нужно в конкретной ситуации; его голос мог звучать деликатно, успокаивающе, почти нежно, а мог — злобно и устрашающе. Сейчас он говорил мягким, спокойным тоном.

— Я услышал ваш крик и подумал, что на вас кто-то напал. — Он усмехнулся. — Я всего лишь попытался вести себя как герой.

Она замерла. Просто стояла и молчала, все еще тесно прижатая спиной к его груди. Единственным звуком, нарушавшим тишину, был прерывистый гудок, доносившийся из телефонной трубки.

— …Герой?

— Да, герой. Ну что, вы в порядке? Салли кивнула.

— Вы правда пришли не для того, чтобы причинить мне вред?

— Я просто проходил мимо и услышал ваш крик.

Салли с облегчением обмякла в его руках. Она ему верит. Но все-таки что ей теперь делать?

Джеймс отпустил ее и быстро отступил на шаг. Нагнувшись, поднял телефон, повесил трубку и поставил аппарат на стол.

— Мне очень жаль, — проговорила Салли, обхватывая себя руками. Она побелела, как воротник пастора.

— Кто вы? Вы пришли к Амабель?

— Нет. Кто звонил? Телефонный хулиган? Это был непристойный звонок?

— Это был мой отец.

Джеймс постарался не вытаращить глаза, не расхохотаться над ее словами. Ее отец?

Господи, леди, его похоронили два дня назад, и похороны были обставлены весьма недурно. Если бы покойным не занималось ФБР, то, наверное, присутствовал бы даже сам президент.

Джеймс принял решение и стал действовать в соответствии с ним.

— Как я понимаю, ваш папаша не был отличным парнем?

— Нет, но это не важно. Он умер.

Джеймс Квинлан изучил ее дело вдоль и поперек. Ему оставалось только поймать ее. Теперь он ее нашел, заполучил… но она явно на грани срыва. Не хватало еще иметь на руках сумасшедшую! Сьюзен Брэйнерд нужна ему в здравом уме и твердой памяти. Он заговорил очень мягко, голосом, движениями и всем своим видом выражая спокойствие, неторопливость.

— Вы же знаете, что это невозможно.

— Да, я понимаю, но это все равно был его голос. — Она потерла ладонями плечи, словно ей было холодно, и не мигая уставилась на телефон. Ждала, что покойный отец позвонит ей снова? Она выглядела перепуганной до полусмерти, но, пожалуй, больше всего она казалась просто растерянной.

— И что же он говорил? Ну, тот тип, что напомнил вам покойного отца?

— Это был мой отец. Его голос я ни с кем не спутаю. — Она стала потирать плечи еще сильнее. — Он сказал, что идет — что скоро он будет со мной и обо всем позаботится.

— Позаботится? О чем?

— Обо мне. Он придет, чтобы позаботиться обо мне, — У вас есть бренди? Ее голова дернулась.

— Бренди? — Она усмехнулась, потом засмеялась тихо, хрипло, но это все же был смех. — Это как раз то, что тетя потихоньку подливает в мой чай с того самого момента, как я здесь появилась. Да, я пила бренди, но уверяю вас, что и без него я бы не достала из чулана метлу и не вылетела бы на ней в окно.

— Уже хорошо. И на том спасибо. — Квинлан выбросил вперед руку. — Меня зовут Джеймс Квинлан.