Читаем Блокада в моей судьбе полностью

Мама, как и обещала, вечером давала каждому по маленькому кусочку дыни, мяса или сыра, курагу или другой сушеный фрукт.

И хотя это блаженство длилось недолго, но запомнилось на многие последующие годы.

Мне за свою жизнь пришлось много встречаться с узбеками. И всегда в таких случаях я не упускал возможности выразить всему узбекскому народу признательность за бескорыстную душевную помощь ленинградцам, которая оставила благодарную память в наших сердцах.

О «Невском пятачке» я впервые услышал от отца в апреле 1942 года, еще до отъезда в эвакуацию. Как-то он пришел к нам. Принес газету и посоветовал маме прочитать нам какой-то материал. Потом, сидя на стуле, сказал, обращаясь к нам:

– Да, ребята, вы должны знать, что в эти дни на «Невском пятачке» множество солдат терпят страшные лишения, страдания, гибнут для того, чтобы спасти Ленинград и его жителей.

После этих слов он замолчал. Я начал просить его рассказать нам подробнее о «Невском пятачке». Но он не стал распространяться на эту тему, сказав: «Вы обо всем узнаете в свое время».

С самого начала история «Невского пятачка» была окружена какой-то пеленой таинственности. Лишь после войны стали известны невероятные цифры потерь, которые понесли здесь наши войска. Возможно, поэтому вокруг него возникло множество домыслов и измышлений. Сегодня славная история «Невского пятачка» достоверно известна и достойна того, чтобы о ней вспомнить. Этот плацдарм на берегу Невы – одна из самых героических и одновременно самых трагических страниц обороны Ленинграда.

Фашистское кольцо блокады вокруг Ленинграда замкнулось 8 сентября 1941 года, когда немецкие войска захватили станцию Мга, а на следующий день овладели городом Шлиссельбург.

Из документов известно, что этот факт вызвал шоковое состояние в Ставке Верховного Главного командования в Москве, среди руководителей Ленинградского фронта и города Ленинграда. Очень скоро выяснилось, что кормить огромный город в условиях окружения практически нечем, поскольку запасы продовольствия были очень невелики. Естественно, перед руководителями города встал призрак грядущего голода со всеми вытекающими последствиями.

Отсюда возникло стремление как можно быстрее прорвать блокаду, возобновить связь города со страной.

После взятия Шлиссельбурга немцы пробили узкий коридор в обороне советских войск, разделив этим войска Ленинградского фронта на те, которые оказались внутри кольца окружения, и вне его. Коридор имел ширину не более 15 километров. У советского командования, постоянно и напряженно думающего о необходимости прорыва блокады, возникла мысль именно здесь ударить с обеих сторон коридора и разорвать фашистское кольцо.

Но для решения этой задачи было одно очень серьезное препятствие. С внутренней стороны блокадного кольца немцы занимали оборону по берегу Невы. Ширина реки здесь достигала от 300 до 500 метров. Следовательно, для того, чтобы начать здесь операцию по прорыву блокады, надо было сначала отвоевать на левом берегу реки пространство с тем, чтобы на этом плацдарме собрать необходимые силы для прорыва блокады.

Началась лихорадочная подготовка к операции. Очень серьезной проблемой оказалась организация форсирования широкой реки в холодную осеннюю погоду. Средств для переправы на месте не было.

Начали повсюду искать и собирать лодки, шлюпки, понтоны и прочие плавсредства. Не менее сложной оказалась проблема нехватки сил для проведения столь серьезной операции. Поэтому в срочном порядке сюда направили 115-ю стрелковую дивизию, которая только что вырвалась из окружения в районе Выборга. Затем подошла 4-я бригада морской пехоты, а также части стрелковой дивизии НКВД.

После пополнения войск и соответствующей подготовки началась операция по захвату плацдармов на левом берегу Невы. Успех сопутствовал только частям 115-й стрелковой дивизии, которые 19 сентября захватили плацдарм в районе поселка Московская Дубровка, что в 15 километрах южнее города Шлиссельбург. Размер плацдарма составлял всего лишь 2–4 километра по фронту и 400–500 метров в глубину. С этого дня и исчисляется история «Невского пятачка», как называли этот плацдарм на всем Ленинградском фронте.

Пытаясь сбросить десант в воду, при поддержке танков, авиации и артиллерии, противник ожесточенно непрерывно атаковал.

Но его старания оказались напрасными – плацдарм устоял. Советское командование продолжило переброску войск на плацдарм, и к концу сентября на нем оказалась почти вся 115-я стрелковая дивизия. Отсюда одна за другой организовывались попытки прорыва блокады в направлении поселка Синявино, навстречу нашей 54-й армии, наступавшей с другой стороны блокадного кольца.

Но несмотря на все прилагаемые усилия и большие потери, расширить плацдарм не удалось. Причиной неудач явилось то, что наш берег Невы был открыт для противника. Немцы с высокого берега видели водную гладь реки и немедленно открывали сплошной огонь по переправлявшимся войскам и наносили им большие потери.