Читаем Бледный король полностью

Будет перерыв. Дэвид Каск запрещал себе об этом задумываться. Поднимут шторы. Все одновременно встанут и выйдут. Если он задержится, красавица позади увидит его промокший воротник и темную от пота V на голубой рубашке, надевать которую с его стороны было самоуверенно и тупо в сравнении с более благоразумной и нетемнеющей белой. Он останется сидеть, ссутулившись и притворяясь, будто разглядывает схему распечатки М1 в материалах по ориентации, – с давно уже трехзначной внутренней температурой, с каплями видимого пота, падающими с волос со всех четырех сторон, орошая брошюры, рукава, шипящий бок узкого абажура лампы, – не может быть, чтобы этого не заметили. Но если встать и присоединиться к уходящим по наклонным проходам в две двери, люди обязательно увидят, что с ним происходит, в том числе и надменная француженка, если вообще не итальянка. Кошмарный сценарий. Такие размышления практически гарантировали приступ, а это было самое последнее, чего хотел Дэвид Каск. Он заставил себя поднять голову. Горячего света прожектора, который он на себе чувствовал, не существует. Женщина у него за спиной – тоже человек, со своими проблемами, и даже не обращает на него особого внимания, – все это иллюзия. Все, чем ее волновала его голова, – что она у нее перед глазами и приходилось плотно скрещивать ноги и отклоняться в сторону, чтобы видеть подиум и экран, где теперь колебался двойной кадр двух рабочих столов, пока ИПК пыталась сфокусировать проектор пультом, который соединялся с диапроектором проводом, запутавшимся вокруг одной ее ноги.

Сильваншайн забыл перед выходом утром смыть шампунь с волос. Это и придавало его прическе форму пламени.

Дэвид Уоллес тем временем не наслаждался никакой общей ориентацией со стильными слайдами. Его вместо этого вели (не миз Нети-Нети) – даже без шанса перекусить – в Пристройку РИЦа и маленькую комнатку, где он и четверо других мужчин, все – GS-13, слушали презентацию о минимальном налоге на преференции, введенном, судя по всему, демократической администрацией Линдона Джонсона в 1960-х. В комнатке было тесно, душно, никаких тебе досок и видеооборудования. Зато сильно воняло стираемыми маркерами. Все мужчины в комнатке были в консервативных костюмах, шляпах и очень серьезны, с блокнотами минфина в кожаных папках с молниями и с тисненными на обложке печатью и девизом Налоговой, который Дэвид Уоллес не получил и потому вел конспект в своем блокноте, сложенном так, чтобы скрыть ценник IGA в верхнем правом углу.

Презентация была сухой до невозможности, и казалась очень высокоуровневой, и вел ее кто-то в черном пиджаке и черном жилете поверх то ли белой водолазки – что было бы странно в такую жару, – то ли такого отдельного викторианского накрахмаленного воротничка, который мужчины надевали и застегивали запонками под конец викторианского процесса одевания. Он говорил очень отрывисто, безлично и деловито. Выглядел строго и аскетично, с большими черными впадинами в щеках и под глазами. Слегка смахивал на популярные изображения смерти.

– Отметим, однако, что в НЗ 78-го пересмотрели экспансионистские тенденции положений 76-го, убрав из индекса соответствующих преференций как вычет на долгосрочный прирост стоимости капитала, так и дополнительные постатейные вычеты.

Термин «преференции» применялся уже несколько раз. Само собой разумеется, Дэвид Уоллес не знал, что значат «преференции» или что это остроумный способ Конгресса снизить налоговое обременение для определенной категории дохода без снижения налоговой ставки – просто разрешались особые вычеты или условия, освобождавшие некоторые части дохода из налогооблагаемой базы, и эти условия были известны в Службе как преференции. Позже, в основном благодаря Крису Эквистипейсу, Дэвид Уоллес поймет, что группе MPT/AMT поручалось следить за соблюдением конкретных положений, введенных в законах 76-го и 80-го, чтобы помешать чрезвычайно богатым физическим лицам и S-корпорациям не платить, по сути, никаких налогов благодаря так называемым «налоговым убежищам». Углубленная группа, куда назначили Дэвида Уоллеса, состояла в Углубленном отсеке АН/У (альтернативные налоги / убежища). Стыдно признаваться, как долго Дэвид Уоллес в этом разбирался – даже после нескольких дней мнимого изучения дел.

– Отметим, однако, что в законе 1978-го список допустимых преференций также пополнился избытком вычетов на нематериальные затраты на бурение для любого заявленного дохода нефтегазовых предприятий, тем самым атакуя энергетические убежища, возникшие после нефтяного шока середины семидесятых, что указано в § 312(n) пересмотренного кодекса.