Читаем Блаженство полностью

Когда она, следуя за ним, оказалась в большой старинной кухне, расположенной в задней части дома, то невольно закрыла глаза. Помещение выглядело так, словно в нем одновременно взорвались все кулинарные принадлежности.

— Увы, моя уборщица вот уже неделю болеет, и я тут кое-что несколько запустил, — застенчиво объяснил он.

Маргарет только ахнула. Несколько? Почему мужчина, который, по всей видимости, щедро одарен, сталкиваясь с домашним хозяйством, оказывается в совершенной растерянности?

Он стянул кучу ношеной одежды с одного из стульев и пододвинул его ей.

— Присаживайтесь. А я попробую найти кофе.

— Что, если я помою чашки? — предложила девушка и получила согласие с такой быстротой, что чуть не расхохоталась.

Поставив чайник на огонь, он отыскал кухонное полотенце и, пристроившись рядом, стал вытирать чашки, которые она чуть ли не отскребала от застарелого чайно-кофейного налета.

Маргарет всегда считала, что в этих простых, домашних заботах есть нечто, ломающее все барьеры. Данная ситуация не была исключением.

— Мне в самом деле очень стыдно за мальчишек, — помолчав, сказал он, и на этот раз не было сомнений в искренности его извинений. — Вы же вели себя очень разумно.

— У меня три младших брата, — пожала она плечами.

— Ах, вот как, значит, вам не впервой сталкиваться с коварными проделками домашних изобретателей!

Последовавшие улыбки свидетельствовали о том, что между ними установилось некоторое взаимопонимание.

— Кстати, — помолчав, поинтересовалась она, — как получилось, что вам потребовалась няня?

Его улыбка потухла.

— Я вдовец, жена умерла пять лет назад, когда мальчикам было по три года. У нашей экономки есть племянница, которая днем присматривала за ребятами, пока те не пошли в школу. После этого я нанял помощницу по дому, но она не справилась. Затем последовала целая вереница нянь. На каникулах тут творилось неизвестно что, и последняя из них… — Он осекся, сжав губы. — Скажем так, в августе она нас неожиданно покинула.

— Ох, очень жаль.

— Вот уж действительно, «ох»! Как раз на летние каникулы. Мне удалось уговорить знакомого директора школы с сентября взять ребят на постоянный пансион, но они там не прижились. В начале этого семестра я отправил сыновей обратно, в надежде, что теперь-то все наладится, но на прошлой неделе директор позвонил мне и попросил забрать их.

— Им там было плохо? — посочувствовала Маргарет.

— Скажем так, директору было куда хуже. Они где-то нашли белую краску и написали нечто неприличное на крыше школьной оранжереи.

Маргарет подавила улыбку.

Держа очередную кружку, Дональд продолжал задумчиво вытирать ее.

— Все было бы не так ужасно, — добавил он, — умей они писать грамотно.

Она, не в силах более сдерживать смех, громко расхохоталась, и он смущенно взглянул на нее.

— Простите меня, но я представила реакцию школьного начальства…

— Теперь смешно, — согласился он, — но тогда было не до веселья. Моя домоправительница, которой исполнилось шестьдесят, к Рождеству решила, что ей срочно пора на покой. Это означало, что у меня не осталось никого, кроме приходящей миссис Диглин. Так что пришлось, забрав ребят из одной школы, как можно скорее устраивать их в другое учебное заведение и в то же время заниматься своими рабочими делами и еще вести домашнее хозяйство. Затем и миссис Диглин подумала, что с нее более чем достаточно, и слегла… — Он беспомощно пожал плечами. — Теперь вы понимаете, почему мне нужна няня?

Маргарет покачала головой.

— Только, я уже говорила, вам не няня нужна, мистер Кимберли. Вам требуется настоящая фея.

— Как жаль, что они вас отпугнули. А я так надеялся… до сих пор. — Он повернулся, и Маргарет тронула откровенность его взгляда, которая лишь подчеркивала горечь только что произнесенных слов. — Но сомневаюсь, что вы знакомы с тем живым образцом добродетели, который согласился бы иметь с нами дело…

Поставив чашку, он вздохнул и стал искать растворимый кофе.

В свое время Маргарет наделала немало глупостей, но с каждой секундой в ней крепло убеждение, что эта будет самой незначительной.

— Строго говоря, знакома.

Он повернулся к ней.

— В самом деле?

Она слабо улыбнулась.

Несколько секунд он молча смотрел на нее, и в глубине его выразительных глаз разгорался огонек надежды. Уголки губ слегка дрогнули, и он, казалось, на глазах скинул с плеч несколько лет.

— Спасибо! Когда вы сможете начать?

Маргарет растерялась. Надежда, блеснувшая в его глазах, просто перевернула все в ее душе, а когда уголки губ приподнялись в намеке на улыбку, точнее, они лишь осторожно дрогнули, у нее заколотилось сердце, а ладони зачесались от желания погладить его твердый упрямый подбородок. Так что вскоре от решительных намерений бежать, и как можно быстрее, не осталось и следа. Она открыла рот, чтобы как-то смягчить свое скоропалительное согласие, оставив за собой право на отступление, но произнесла нечто совсем иное.

— Каким коротким оказалось интервью!

Он расплылся в улыбке, и последние покровы предосторожности сползли к ее ногам.