Читаем Блатной фольклор полностью

Вроде я — не манси,Есть глаза и мозги,Но вдали и вблизиЯ не вижу ни зги.Я бываю в гостях,Но в табачном дымуЧасто вижу в глазахУ людей немоту.Да и это не таСуета-маета,Но всегда неспростаСлепота, немота.Люди что-то кричат,И в кредит, напрокатВсе ответа хотят,Только я не Сократ!Я и сам все в бегахИ с судьбой не в ладах,Весь в долгах — как в шелках,Что карась в неводах.Изменила жена,Между нами межа.И живу, дребезжа,Как стекло витража.Я и сам все в бегах —Без друзей, при друзьях,Только спутник в бегах —Мой же собственный страх.Мы бежим в никуда —От себя, как вода,Не сбежать никогда!Знать бы если о томЗа какие грошиГде нас пустит и ктоДля постоя души,А под праздник втройнеМысли вовсе грустныИ почти как в тюрьмеСнятся мрачные сны.Не герой, не палач,Не пустой как калач,Но, хоть смейся, хоть плачь —Я в кольце неудач.Вот вчера поддаввал,Обмывали сервант,А сервантЗа бутылку сержант.Пусть дурак он и плут,Но удачи все там,Где и пряник, и кнут,Власть, деньга и наган.Знаю я лишь одно:От портних и до клизм —Все в рассрочку дано —Телевизор и жизнь!Горсть последних монетШвырну в морду друзьям.Денег нет и привет,Все они — по кустам.Мне осталось к утруЗарядить пистолет,Но в аду и в раюСправедливости нет.Если это все так,Значит, где-то есть цель.Только все неспроста,Где же выхода щель?Да и эта не дастСуета-маета,Караул, слепота,А вокруг — немота.От часов до трусовВсе отдал бы тому,Кто ответить мне смог:Отчего? ПочемуНе труслив как стукач,Не жесток как палач,Не пустой как калач,Но в кольце неудач?Почему я в кольце неудач?

Баба Дуся

"Сей вопрос, между прочим,Был поставлен ребром:На заводе покончитьС вездесущем вором.Вот, ведь, люди есть люди,И Господь им судья!Где сполна — там убудет,А иначе нельзя!По болту да по гайке,А кто видит — молчит,Пусть, сгодится в хозяйствеВсе, что плохо лежит.Брали их на порукиИ садили в тюрьму…Вот, беспокойные руки!Не постигнуть уму!Ведь ворует начальствоИ воруют в верхах,А тут надо ж попастьсяНа каких-то болтах.Сколько рук миллионов,Сколько светлых умов,Три процента шпионов,Девяносто — воров.Обещали уважить,Изготовить прибор.Он уж точно покажет:Кто — начальник, кто — вор."Баба Дуся — вахтершаЗаводской проходной,Лоб и губы наморщив,Рассуждала с собой.

Они и мы

Это песня про лебедей. Я написал ее в семьдесят четвертом году, а маленечко у меня ее украли… Всесоюзное радио и телевидение. Они выдали песню, сделали правильные слова, в семьдесят пятом году. У меня она называется "Они и мы".

Перейти на страницу:

Похожие книги

Недосказанное
Недосказанное

Свободны от связи, но не друг от друга… Пришло время выбрать на чьей ты стороне… Внешне Разочарованный дол – это тихий английский городишко. Но Кэми Глэсс известна правда. Разочарованный дол полон магии. В давние времена семья Линбернов правила, устрашая, наводя ужас на людей с целью их подчинения, чтобы убивать ради крови и магических сил. Теперь Линберны вернулись, и Роб Линберн собирает вокруг себя чародеев для возвращения городка к старым традициям. Но Роб Линберн и его последователи – не единственные чародеи Разочарованного дола. Необходимо принять решение: заплатить кровавую жертву или сражаться. Для Кэми это больше, чем простой выбор между злом и добром. После разрыва своей связи с Джаредом Линберном она вольна любить кого угодно. И кто же будет ее избранником?

Сара Риз Бреннан , Нина Ивановна Каверина

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Темные аллеи
Темные аллеи

Цикл рассказов о чувственной любви и о России, утраченной навсегда. Лучшая, по мнению самого Бунина, его книга шокировала современников и стала золотым стандартом русской литературной эротики.Он без сна слежал до того часа, когда темнота избы стала слабо светлеть посередине, между потолком и полом. Повернув голову, он видел зеленовато белеющий за окнами восток и уже различал в сумраке угла над столом большой образ угодника в церковном облачении, его поднятую благословляющую руку и непреклонно грозный взгляд. Он посмотрел на нее: лежит, все так же свернувшись, поджав ноги, все забыла во сне! Милая и жалкая девчонка…О серии«Главные книги русской литературы» – совместная серия издательства «Альпина. Проза» и интернет-проекта «Полка». Произведения, которые в ней выходят, выбраны современными писателями, критиками, литературоведами, преподавателями. Это и попытка определить, как выглядит сегодня русский литературный канон, и новый взгляд на известные произведения: каждую книгу сопровождает предисловие авторов «Полки».ОсобенностиАвтор вступительной статьи – Варвара Бабицкая.

Иван Алексеевич Бунин

Биографии и Мемуары / Поэзия / Классическая проза ХX века / Русская классическая проза
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне
Советские поэты, павшие на Великой Отечественной войне

Книга представляет собой самое полное из изданных до сих пор собрание стихотворений поэтов, погибших во время Великой Отечественной войны. Она содержит произведения более шестидесяти авторов, при этом многие из них прежде никогда не включались в подобные антологии. Антология объединяет поэтов, погибших в первые дни войны и накануне победы, в ленинградской блокаде и во вражеском застенке. Многие из них не были и не собирались становиться профессиональными поэтами, но и их порой неумелые голоса становятся неотъемлемой частью трагического и яркого хора поколения, почти поголовно уничтоженного войной. В то же время немало участников сборника к началу войны были уже вполне сформировавшимися поэтами и их стихи по праву вошли в золотой фонд советской поэзии 1930-1940-х годов. Перед нами предстает уникальный портрет поколения, спасшего страну и мир. Многие тексты, опубликованные ранее в сборниках и в периодической печати и искаженные по цензурным соображениям, впервые печатаются по достоверным источникам без исправлений и изъятий. Использованы материалы личных архивов. Книга подробно прокомментирована, снабжена биографическими справками о каждом из авторов. Вступительная статья обстоятельно и без идеологической предубежденности анализирует литературные и исторические аспекты поэзии тех, кого объединяет не только смерть в годы войны, но и глубочайшая общность нравственной, жизненной позиции, несмотря на все идейные и биографические различия.

Юрий Инге , Давид Каневский , Алексей Крайский , Иосиф Ливертовский , Михаил Троицкий

Поэзия