Было также получено известие, что голова колонны 7-й танковой дивизии застряла на многочисленных минных полях в трех километрах юго-западнее Свистунова. На участке этого соединения большая часть дня прошла спокойно. Лишь между 8.00 и 9.30 с юго-восточного направления были обстреляны позиции 25-го танкового полка у Покровского. Затем 2-й батальон 7-го стрелкового полка немцев, поддержанный танками, сделал вылазку против Изосимово и отбросил находившиеся там подразделения 13-го кавалерийского полка в лес. Затем полк начал отход через Кузминское на Китенево к главным силам своей дивизии. Немецкие разведгруппы, направленные на север и северо-восток, наталкивались только на слабые части. Немцы сделали вывод, подтвержденный их авиаразведкой: противник перед ними отходит. В 14.20 25-й танковый полк получил приказ произвести сильный разведывательный удар по дороге Покровское – Свистуново и быть готовым последовать своими главными силами, вместе с 54-м разведывательным батальоном, в том же направлении. В 17.35 поступил приказ корпуса: в связи с благоприятно сложившейся обстановкой направить весь танковый полк и усиленный 2-й батальон 7-го стрелкового полка по этой дороге на Свистуново и форсировать Яузу возле Овсянниково. Боевые действия предложено было продолжать и ночью. Немедленно началось исполнение приказа, но тяжелые дорожные условия и минные заграждения большой глубины не позволили врагу выполнить эти намерения[282].

С аналогичной проблемой столкнулся и 14-й разведывательный батальон 14-й моторизованной дивизии. Пытаясь провести по лесным просекам разведку в направлении на Гологузово, он также столкнулся с заграждениями и минированием и не смог выполнить свои обязанности[283].

Таким образом провести широкомасштабные ночные действия соединениям LVI-го армейского корпуса не удалось. Решение задачи по проведению удара вплоть до Ленинградского шоссе была перенесено на следующий день, и на этом, казалось бы, идея внезапных ночных действий была похоронена. Но не на долго…

Возвращение на прежние позиции

Как мы знаем из немецкого приказа, действия 2-й танковой дивизии на правом фланге 16-й армии в предыдущие дни еще не были началом общего немецкого наступления на этом отрезке фронта. Это были только подготовительные мероприятия, часть из которых на участках 35-й и 106-й пехотных дивизий была сорвана нашим контрударом. Так, к концу дня 17 декабря командование немецкого V-го армейского корпуса пришло к выводу, что ранее запланированный удар 106-й пехотной дивизии с охватом через Бородино уже невозможен[284]. Последствия нашего контрудара сказывались и в дальнейшем. Поэтому, когда 18 ноября V-й немецкий корпус двинулся вперед, все шло более-менее согласно графику только на участке 2-й танковой дивизии.

Что касается 106-й пехотной дивизии немцев, то в течение ночи она старалась залатать дыру, которая обозначилась в ее обороне. 240-й пехотный полк выставил 2 батальона по обе стороны дороги Суворово, Шишково с фронтом на север и северо-восток. В Суворово оставался на позициях 4-й дивизион 107-го артиллерийского полка, для защиты которого были выделены два взвода пехоты. Разведывательный батальон дивизии разместили в районе перекрестка дорог западнее Шишково. 2 роты 745-го саперного батальона оборонялись на опушке леса севернее Суворово. После принятия этих мер командование дивизии сочло, что ее положение укрепилось и она готова к отражению новых атак в направлении на Ярополец. На основании показаний пленных считалось, что этот пункт является основной целью атакующих[285].

Однако утром немцев ожидала приятная новость. Перед их позициями появился только один эскадрон, который был обстрелян артиллерией и скрылся. Собственная разведка выяснила, что деревни, захваченные накануне советскими войсками, по-видимому, оставлены. Командир 106-й пехотной дивизии в 9.30 приказал наступать на Шишково и Суворово и вернуть населенные пункты. Сам он остался при атакующих. В 11.00 деревни были заняты. Вместе с ними были возвращены потерянные накануне орудия 1-го дивизиона 197-го артиллерийского полка. При этом выяснилось, что они находятся в исправном состоянии! В 12.30 были заняты Хрулево и Блуди. Там в русле ручья немцы насчитали 33 подбитых и сожженных танка. Дивизия вернулась на прежние позиции, и ее командир приказал направить разведку в район Кузяево и Телешово, чтобы подготовить наступление, которое по плану должно было начаться накануне. Картины, которые увидел противник на поле боя (разбитая техника и множество убитых), а также сообщения авиаразведки, сообщившей об отходе советских частей, преисполнили врага гордостью. День 17 ноября, по мнению составителей ЖБД, должен был занять почетное место в истории дивизии. «Несмотря на то, что потери дивизии мучительны, все же достигнут успех в обороне, и дивизия, несмотря на ее незначительный боевой состав, причинила врагу очень тяжелые потери в людях и материальной части»[286].