Отметим также, что до 15 ноября на направлении Волоколамск – Клин 16-я армия выстроила три эшелона обороны. На передовой линии стояла 316-я стрелковая дивизия и курсантский полк. Далее на рубеже р. Локнаш располагались позиции 126-й стрелковой дивизии. Еще дальше дислоцировалась 58-я танковая дивизия. Приказ на наступление, отданный 15 ноября, полностью разрушил это оборонительное построение, и последующие события на фронте 16-й армии и ее правой соседки – 30-й, не позволили в дальнейшем восстановить первоначальный боевой порядок. При этом, будучи на прежних позициях, 58-я танковая дивизия оказалась бы гораздо ближе к месту прорыва, который противник осуществил на фронте 30-й армии южнее Московского моря, и смогла бы значительно раньше вмешаться в ход событий, имея полный состав.

Неудивительно, что о контрударе постарались забыть уже спустя несколько месяцев. Выпущенный штабом Западного фронта «Оперативный обзор действий войск Западного фронта ноябрь 1941 г. – февраль 1942 г. «Разгром немцев под Москвой». Том 1, книга 1» об этом событии ничего не сообщает. С большим трудом в нем можно найти следующую фразу: «106 ПД оказывала упорное сопротивление нашим войскам на рубеже ВЛАСОВО, СОФЬИНО (6 км. вост. СУВОРОВО)»[174]. Только этот небольшой фрагмент текста свидетельствует о том, что наши войска 16 ноября 1941 г. не только оборонялись, но и вели какие-то наступательные действия. Это все, что можно найти в отчете о наступательных боях, которые продолжались двое суток, и к которым были привлечены практически все резервы 16-й армии: четыре кавалерийских дивизии, одна танковая и одна стрелковая. Кроме того, почти все соединения армии в случае первоначального успеха должны были в той или иной мере принять участие в этом мероприятии.

О том, что могло произойти дальше, мы не узнаем никогда, и можем только констатировать, что контрудар 16-й армии закончился, и надо рассмотреть события, которые вызвали решение о его прекращении. Для этого вернемся на несколько дней назад.

Прорыв фронта 30-й армии

Волна немецкого наступления на левом фланге была разрезана на две части Московским морем. Фактически получились две изолированных друг от друга операции. Действия севернее свелись к тому, что немцам удалось отбросить наши войска, несмотря на их упорное сопротивление, за Волгу. После этого вышедшие к реке немецкие соединения там и остались. Ничего из их состава не было привлечено к действием в направлении Клина. Это и не планировалось, и было затруднено тем, что мосты были вовремя взорваны, а лед взломан за счет спуска воды из водохранилища. Практически то же самое произошло и с нашими войсками. Части, отступавшие севернее Московского моря на восток, перешли через Волгу и закрепились на противоположном берегу. Единственным соединением (не считая еще нескольких мелких частей), которое переправилось на южный берег водохранилища, стала 21-я танковая бригада подполковника Андрея Львовича Лесового. «В связи с принятым решением взорвать шоссейный мост через МОСКОВСКОЕ море, бригада к 9.00 17.11 была выведена на южный берег МОСКОВСКОЕ море и сосредоточилась как резерв армии в районе СПАС-ЗАУЛОК. 20 зсп (60 человек) отведен вместе с бригадой и сосредоточился в ШЕТАКОВО. 2-й мсп (50 человек) отведен одновреме6нно с бригадой и сосредоточился в районе КОНЦОВО»[175].

Но бригада Лесового уже не смогла существенно усилить действовавшие здесь части 30-й армии. В ходе попыток воспрепятствовать немецкому наступлению она лишилась танков и большей части личного состава. Тем не менее, бригада приняла участие еще в одном контрударе и потом, полностью исчерпав свои возможности, была переброшена в район Иваньковского гидроузла для его охраны. Это соединение еще сыграло немаловажную роль, но уже в ходе контрнаступления.

Дальнейший рассказ будет посвящен тем операциям, которые велись южнее водохранилища и оказались непосредственно связаны с судьбой Клина.

107-я мотострелковая дивизия в обороне

На восточном берегу Ламы, на участке от Московского моря до Большой Сестры, занимала оборону 107-я мотострелковая дивизия (переформирована в сентябре 1941 г. из 107-й танковой). Она участвовала в октябрьских боях на Западном фронте и попала в окружение в окрестностях г. Белый. В ходе боев была потеряна большая часть личного состава, все тяжелое вооружение и значительная часть техники. Дивизия вышла из окружения 30 октября в район Грибановских хуторов на Ламе[176]. Численность соединения при этом оказалась меньше, чем должен был бы иметь один стрелковый полк (на 3 ноября – 2680 человек[177]). К середине месяца дивизию пополнили, и ее численность немного возросла. Согласно «Сведениям о наличии людского, конского состава и вооружения в стрелковых дивизиях Калининского фронта на 15 ноября 1941 г.»[178] в ней числилось 4240 человек личного состава, 161 лошадь и 134 автомобиля. На вооружении имелось 2305 винтовок, 10 станковых и 40 ручных пулеметов.

Командир 107-й мсд П. Г. Чанчибадзе.