Следует заметить, что ни Верховное главнокомандование, ни многие командующие фронтами не учитывали это обстоятельство, что являлось крупной ошибкой. В войска продолжали поступать громкие, трескучие директивы, не учитывающие реальность их выполнения. Они служили поводом для неоправданных потерь, а также причиной того, что фронты то на одном, то на другом направлении откатывали назад».

Такие документы, — продолжал анализировать Константин Константинович, — не соответствовали обстановке, нередко в них излагалось желание, не подкреплённое возможностями войск.

Причиной же появления подобных документов было стремление начальника обеспечить себя от возможных неприятностей свыше. В случае чего обвинялись войска, якобы не умевшие выполнить его приказ.

«Сколько горя приносили войскам эти «волевые» приказы! Сколько неоправданных потерь было понесено!» — горестно отмечал маршал. И словно бы резюмировал: «Стоять насмерть и умереть нужно с умом, только тогда, когда этим достигается важная цель, лишь в том случае, если она, смерть немногих, предотвращая гибель большинства, обеспечивает общий успех».

Бои на подступах к горам

После сдачи врагу Ростова наша Ставка приняла решение объединить Южный и Северо-Кавказский фронты в один — Северо-Кавказский с командующим маршалом Будённым. Однако решение оказалось нецелесообразным, и фронт разделили на две оперативные группы: Приморскую с командующим генералом Черевиченко и Донскую во главе с генералом Малиновским. Приморская группа прикрывала краснодарское направление, Донская — ставропольское.

17-й казачий кавалерийский корпус генерала Кириченко входил в состав Приморской группы. Донским и кубанским казакам было приказано задержать противника у большой станицы Кущевской, чтобы отступающие войска группы смогли оторваться от преследователей и занять оборону на выгодном рубеже.

Вступив 28 июля в бой, казачий корпус в течение трёх суток отражал атаки неприятеля. Проявляя стойкость и умение, воины выполнили приказ. Враг принуждён был перебросить на это направление танковые подразделения из армии Клейста, наступающей восточнее.

5 августа войска Приморской группы вынуждены были начать отход за Кубань. Там спешно готовил оборону 1-й отдельный стрелковый корпус. Однако создать крепкую защиту в районе города Армавира, которая задержала бы противника, не удалось. Перешедший здесь 6 августа в наступление, он ворвался в город, вынуждая наши части к отступлению за Кубань.

Успехи гитлеровцев на приморском направлении объяснялись тем, что отходящие к Ставрополю войска Донской группы были оттеснены на значительно большую глубину, что позволяло частям 17-й немецкой армии генерала Руоффа успешно совершать манёвры. Заняв 10 августа Майкоп, а на следующий день Краснодар, они устремились к Новороссийску, на Таманский полуостров, к Туапсе.

Жаркие бои разгорелись в Донской группе. Там врагу удалось уже 3 августа овладеть Ставрополем и начать наступление на Моздок. На этом направлении действовали главные силы 1-й танковой армии.

Против них действовали два отряда: первый — генерал-майора Тимофеева, состоявший из курсантов Ростовского артиллерийского, Новочеркасского кавалерийского и Полтавского тракторного училищ, подразделений автополка, а также двух бронепоездов, и второй — под командованием майора Корнеева, куда вошли четыре мотострелковые роты и шесть 45-миллиметровых орудий.

Задача состояла в том, чтобы в ожесточённых боях измотать противника, истребить его живую силу и, выигрывая время, подтянуть к Тереку и Баксану наши соединения из Закавказья.

Первый отряд, возглавляемый генералом Тимофеевым, занял оборону в районе Минеральных Вод. Вступив в бой с превосходящими силами врага, он не смог сдержать их и 10 августа, сдав Пятигорск, стал отходить к рубежу реки Баксан. В Пятигорске обосновался штаб армии Клейста.

Второй отряд, майора Корнеева, находился в районе Будённовска. Обнаружив вблизи беспечно расположившуюся на отдых немецкую часть, отряд предпринял нападение. Атака была внезапной, дерзкой. В непродолжительном бою гитлеровцы потеряли пять танков и до сотни солдат и офицеров. Вынужденные закрепиться, они не решились продолжать движение до подхода главных сил танковой дивизии.