Читаем Битва с богами полностью

Между тем Верблюд, как и положено добросовестному работнику посольства США, доложил о визите Апостола сотруднику консульского отдела, по совместительству являвшемуся сотрудником ЦРУ, приложив завернутый скотчем в несколько слоев и опечатанный пакет. Вскрыть его, не вызывая подозрений, не было возможности, поэтому российская разведка могла только гадать о его содержимом.

Цээрушник Джеймс Веллингтон, ознакомившись с посланием, воодушевился и незамедлительно согласился на встречу. И когда Третий Апостол позвонил Верблюду, тот торжественно объявил, что представители посольства согласны на встречу. Они быстро утрясли место встречи, которое мы сейчас и контролируем. Вот только это рандеву пошло не совсем так, как хотелось.

– Они прошли через площадь, – доложил Робин. – Подошли к серому «Бьюику». В салоне никого… Садятся в машину. Как быть?

– Они сейчас канут в посольстве, как в омуте, – кивнул я, просчитывая в голове варианты. – И мы не увидим объект никогда.

– И какие предложения по ходу?

– Держись пока за ними.

Я кинул на стол мятые туземные деньги, грязные и стертые до неразличимости картинок, но все равно с удовольствием принимаемые местными. Подскочил официант, обрадовался щедрым чаевым и начал кланяться с радушной улыбкой, но я уже протискивался через толпу японцев с подносами.

Так, пешеходная площадь. Рядом улочка. Там мятая «Тойота» с приличным движком – моя боевая машина.

– Мы ведем его, – сообщил Робин.

– Его не прикрывают?

– Прикрывают. «Форд Мондео» с тремя – телами.

– Им до посольства десять минут езды. – Я решился. – Берем объект.

– А что с американцами?

– Наглухо не гасить… По возможности.

– Мы едем по Асель Мурак. Там поворот на Тенистую.

– Понял…

Нарушив правила движения, которые здесь вовсе не догма, я вжал педаль газа и развернулся. Кинул взгляд на электронную карту. По моим расчетам, пересечемся мы на Тенистой улице.

Я выехал на прямую и длинную улицу Мушарака с раскидистыми деревьями и бетонными лавочками. Поворот направо через четыре квартала, потом переулок – и буду я на Тенистой улице.

Если американец направляется в посольство США, то с Тенистой свернет на запруженный машинами проспект Освобождения. Там нам объект не взять.

Я прибавил скорость, обогнал несущуюся на всех парах местную маршрутку, так плотно забитую пассажирами, что даже двери были открыты и из них свисали тела и ноги. Вслед мне возмущенно засигналили.

Вот и Тенистая.

– Вы где? – спросил я.

– Тут мечеть какая-то.

Я увидел торчащий за двухэтажными домиками минарет и сориентировался. Получается, я выскакиваю на Тенистую точь-в-точь за кавалькадой.

– Я близко, – сообщил я. – На Тенистой по моему двойному тоновому сигналу берете объект. Я нейтрализую сопровождение.

Эх, маловато у нас народу. В фургоне Роб, Шатун и Али – боевик из местной ячейки антиамериканской исламистской организации, которую наша разведка подрядила нам в помощь. Не рассчитывали мы на то, что придется воевать с целой толпой.

Американцы наверняка вооружены. Вообще разведчику ходить с оружием считается признаком дурного тона. Джентльмены не стреляют. Джентльмены разговаривают – и результаты этих разговоров порой грандиознее взрыва атомной бомбы. Но в странах третьего мира, да еще на важном задании, да еще вконец обнаглевшие янки – наверняка вооружены до зубов.

Впрочем, у нас тоже руки не пустые.

Моя машина пролетела переулок и вырулила на Тенистую. Как я и рассчитывал, вынырнул сразу за синим микроавтобусом «Хендай», тащившимся в отдалении от двух американских машин.

Прикинув ситуацию, я подал два тоновых гудка – сигнал к атаке.

Эх, понеслись, родимые скакуны, вскачь!

Дальше события развивались так.

«Хендай» обогнал дребезжащий грузовичок с газовыми баллонами в кузове. Эх, шарахнет шальная пуля – и здесь будет горячо. Но не будем думать о плохом.

Улица была почти пустая. Ребята обошли машину сопровождения. Американцы слежку не засекли – то ли были слишком расслаблены, то ли утратили полезные навыки, то ли микроавтобус «Хендай» был настолько невзрачным.

«Форд Мондео» с охраной следовал метрах в ста пятидесяти от «Бьюика» с цээрушником и Апостолом. Я наддал газу, пошел на обгон и по привычке местных водил нажал на клаксон – мол, расступись, деревня, гроза окрестностей едет.

Янки-водитель не привык к такому обращению, надавил на клаксон и из приоткрытого окна обдал меня отборной бранью на местном языке. Да, служба в этом краю бедуинов деформировала бравых американских парней, которые перенимают темперамент и замашки у туземцев.

Я вжал еще сильнее клаксон. И на обгоне крутанул руль резко в сторону, подсекая нос машины.

Рассчитал точно – «Форд Мондео» с жестяным грохотом поцеловался со столбом и замер. Я что есть силы вдавил педаль тормоза. Мою машину развернуло.

Распахнув дверцу, я выскочил из салона, вздергивая немецкий пистолет-пулемет «MP5SD3». Пассажиры еще трясли головами, а я уже был перед ними.

– Руки поднять! Чтобы я видел!

Этот пистолет-пулемет хорош тем, что специально создан под глушитель, поэтому короткая очередь, пробившая лобовое стекло, прозвучала безобидными глухими хлопками.