Читаем Бисер времени полностью

Наконец они увидели вывеску, на которой было нарисовано суровое лицо какого-то существа изо всех сил дующего в парус корабля плывущего по бурному морю. Вывеска висела над приземистым крепким строением, неподалеку от входа в которое, прямо на дороге валялся еще один житель Керриафа. Судя по тому, как от него пахло, пал он не жертвой разбойного нападения, а жертвой того, что пил. Обойдя мертвецки пьяного керриафанца, Турн и Брэгги вошли в корчму.

— О! А вот и запропавшие! — тотчас раздался радостный возглас от стола, за которым сидели кринейцы Рейноса и нордлинги дружины Турна.

— Ну что, ярл, как тебе Керриаф? — спросил кто-то из них.

— По сравнению с Те-Ти-Ульканом и Че-Те-Калем, даже близко не стоит, — недовольно проворчал Турн, тяжело опускаясь на скамью за столом, — Тесно, грязно, многолюдно. Жители какие-то дикие, или шарахаются от тебя как от злющего эйтона или наоборот тащатся по пятам и пялятся во все глаза. Ни один навваэль себе такого не позволял.

— Да ладно, будет тебе, Турн, — сказал Брэгги, тоже садясь за стол, — Навваэли раньше нордлингов вообще не видели. А у нас там Сигги был рыжий, Гвенблэй и Мьюндэль — черноволосые, я — светлый, а ты — вообще с белыми волосами. Может, они думали, что у нордлингов может быть любой цвет волос. А здешние постоянно видят различных иноземцев. Ну и знают, что у человека просто так белых волос не бывает.

— К тому же Те-Ти-Улькан и Че-Те-Каль — это главные города у навваэлей. По крайней мере, Те-Ти-Улькан точно. А Керриаф по сути просто большое скопище пристаней и торговых лавок, — добавил Мьюндэль.

— Ах, благодарствую, успокоили несчастного ярла! — съязвил в ответ Турн, не выдержав утешительного тона своих компаньонов, чем вызвал довольный смех всей своей дружины.

— Принесите лучше медовухи ярлу! — весело воскликнул Гвенблэй, — Не поверишь, здешний хозяин делает медовуху! Почти такую же хорошую как делают у нас, — добавил он, обращаясь к Турну.

Бельгемир кивнул головой и встал из-за стола, направляясь в сторону хозяина корчмы.

— Бельгемир! И скажи, чтоб принесли чего-нибудь поесть, а то у нас с Брэгги уже животы к спине прилипают, — попросил Турн вдогонку.

Тот еще раз кивнул и пошел дальше.

Тем временем дверь корчмы открылась, и на пороге показался очередной посетитель — высокий и жилистый молодой иджифетец с бритой наголо головой. Одет он был в странного вида одеяние красного цвета длиной до колен с широким вырезом ворота и столь же просторными разрезами вместо рукавов.

— Эретликош, — сказал один из людей Рейноса кивнув на вошедшего.

— Что, твой приятель? — взглянул на него ярл.

— Нет, эретликош они…, как это…, — кринеец замялся и покрутил в воздухе пальцами, подыскивая подходящее слово, — Кто служит богам…

— Друиды, что ли? — подсказал Турн, с любопытством приглядываясь к новому посетителю.

— Вроде того.

В талии парня перетягивал веревочный пояс, украшений ни на одежде, ни на нем самом не было. Если конечно не считать широкого ожерелья из разноцветных пластин висящего на шее и плотно облегающего плечи. Впрочем, ожерелье совсем не походило на украшение, скорее всего, это был знак, по которому можно было узнать эретликошей.

Обведя мрачным взглядом посетителей, многие из которых уже пребывали в состоянии изрядного подпития, иджифетец пробурчал себе под нос что-то явно нелестное в их отношении, и направился к хозяину корчмы, которому Бельгемир в это время пытался объяснить, чего хотят заказать нордлинги. Наконец корчмарь радостно закивал головой, давая знак, что все понял и Бельгемир облегченно вздохнул, собравшись вернуться к своему столу.

Шагнув назад и развернувшись нордлинг налетел плечом на подошедшего тем временем эретликоша. Это явно не понравилось бритоголовому парню, и он громко изрыгнул какую-то гневную тираду. В ответ Бельгемир, который не особо интересовался изучением иджифетского языка и знал, наверное, не больше десятка слов, только равнодушно пожал плечами и, сделав шаг в сторону, собрался спокойно обойти бритоголового. Но почему-то такой оборот не устроил парня и он, схватив воина за плечо, принялся что-то ему не менее громко и недовольно объяснять. Видя, что все его словопрения пропадают без толку, эретликош еще больше распалился и другой рукой изо всех сил толкнул нордлинга в грудь.

Если бы иджефетец постарался толкнуть кого-нибудь другого, действие это, наверное, увенчалось бы успехом. Но к несчастью для бритоголового толкнуть он постарался не кого-нибудь, а именно Бельгемира. Нордлинг не стал дергаться и вырываться из руки, державшей его за плечо, он просто немного сдвинулся в сторону и, одновременно с этим скрутившись в бедрах, отвел свободное плечо назад. Вторая рука парня, чуть задев Бельгемира, пролетела мимо, а сам он, не устояв на месте, отправился вслед за ней, едва удержав равновесие.

В корчме тут же началось оживление. Часть посетителей, в основном иджифетцы, вскочили со своих мест и поторопились скрыться за дверью. Другие наоборот, принялись криками подзадоривать парня и делать ставки на исход заварухи.