Читаем Билоны полностью

Дьявол отбросил гнетущие сомнения. Спустя шесть миллиардов лет он решился вновь на время вселить в себя свою душу. Для антимира это стало знамением, аналогичным тому, которое падшие ангелы и сам Дьявол наблюдали на Земле. Душа еще не вернулась к Дьяволу. Им было только принято решение о воссоединении с ней. Однако энергия проявленной им воли заставила преклониться перед Дьяволом в почтительном безмолвии всех его соратников. Эта энергия всей тяжестью своего могущества сковала их разум одним повелением вождя всех изгоев Вселенной — ничему не удивляться, во всеоружии совокупного разума антимира готовиться к самой кровавой и беспощадной атаке на реальный мир, сжечь на полях презрения разум тех, в ком еще теплится жалость по отнятой у них душе.

— Все-таки душа! — Дьявол поймал себя на том, что давно выкорчеванная им из своего характера сентиментальность медленно прокрадывается в сознание. Он не стал противиться этому. Он позволил себе роскошь расслабиться. Может быть, в последний раз. Впереди была резко сворачивающая в неизвестность дорога судьбы. Что на ней ждет его вместе с соратниками, ему пока представлялось довольно туманно. Полную ясность в их дальнейшее будущее должна была внести вновь обретенная Дьяволом душа.

Ему абсолютно не требовалась ее защита. Эту функцию более чем эффективно выполнял его разум. «Жил без нее счастливо миллиарды лет и дальше буду жить с не меньшим наслаждением!» — попытался оправдать себя Дьявол в самоустраненности от собственной души со злорадством, свойственным отношению великого изгоя Вселенной к далекой прошлой жизни в доме Создателя. Однако налет редко дающей о себе знать грусти о чем-то сугубо своем, ни с кем не разделенном и не обсуждаемом все же обозначил свое присутствие в будоражащих разум мыслях.

— Я тебя никогда не бросал. Хотя ты была и не во мне, но находилась всегда рядом, так близко, что мне и не надо было тебя ощущать. Да, я спрятал тебя. Иначе было нельзя. Иначе САМ превратил бы меня во Вселенское ничто, в подручное пугало, используемое для проверки надежности веры небожителей и человечества во всемогущество ЕГО Разума и очищающего людские души добра. А тебя… Тебя бы ОН, вероятнее всего, навечно замуровал в нераскрываемые запасники Вселенной. Что говорить попусту! Ты сама слышала, как ЕГО ВОЛЯ прогремел на весь Божий дом, что моя душа и добро Создателя — несовместимы.

При упоминании о добре Дьявол нехорошо усмехнулся. Оно претило ему. Он его презирал настолько, что это презрение превратилось в способ существования всего антимира. Все, что в нем зарождалось, развивалось, придумывалось и создавалось, было насквозь пронизано абсолютным невосприятием любой формы добра. Дьявол и соратники считали его прогнившим до самых основ, а поэтому лживым. Степень порядочности и верности в антимире Дьявола (да-да, здесь тоже присутствовал свой кодекс чести) определялась, прежде всего, уровнем презрения и отрицания добра каждым из оказавшихся здесь падших ангелов.

— Не-е-ет! Прав я был тысячу раз, что спрятал свою душу. Однако не в этом моя основная заслуга. Самое главное в том, что я спас ее от яда добра. Это единственная душа, которая ни разу не прикоснулась к добру с момента моего окончательного разрыва с САМИМ. В этом смысле она самая чистая душа во всем антимире. Можно сказать — кристальной чистоты, — Дьяволу очень понравилось отождествление его души с чистотой кристалла. Позволив себе сегодня немного роскоши лирических отступлений, он убедился в восстановленной способности мыслить свободно, широко и, что немаловажно для раскованного суждения, иронично.

— Вот как обернулось-то все, — продолжал он свои размышления. — Моя душа — носитель начала начал Вселенского зла, его истинная квинтэссенция осталась в стороне от борьбы с добром. Все порочное, что мне удалось взрастить в человечестве — заслуга только моего разума. Результаты, безусловно, налицо: САМ пока не собирается прощать человечество. Но хватит ли ресурсов моего разума, чтобы и дальше властвовать над разумом людей? Достаточно ли надежно перевоплощение проданных мне людьми за дурман пороков душ, чтобы чувствовать себя в безопасности от угрозы их спасения добром? Никто не даст гарантии, что предавшая саму себя человеческая душа не предаст себя снова. Надо признать, что формула САМОГО о предательстве аксиоматична и в данном случае, — ему понравился окивок, сделанный в сторону Создателя. Еще бы! Кому не будет приятно так, между прочим, нехотя, в промежутках полемики с самим собой свысока отдать должное величайшему РАЗУМУ Вселенной. Это уравнивает, создает иллюзию ментального совершенства, аналогичного САМОМУ.