Читаем Бифуркатор (СИ) полностью

В совокупности с воздушной тревогой плотный мрак действует совсем угнетающе. Перекрёсток, слева здания, хорошо его помню, справа — мост, впереди выход к междугородним электричкам. Обычно здесь тусуются таксисты… в моей реальности.

А в этом мире мост разрушен, валяется на шоссе хаотичной грудой, движение перекрыто, зато с других улиц всё же заворачивают редкие автомобили. Таксисты сохранились и здесь, только машин пять-шесть — не больше. А вот зазывали в свои салоны они по-прежнему бодро.

— Я возьму машину, а вы подождите меня здесь, — сказал Серый, но тут же сбился. Вдалеке звучит грохот, будто землетрясение начинается.

— Вы слышали? — шепчет Сергей.

— Скорее всего, взрыв, — хмуро озвучивает Стёпка мои мысли.

— Что же это так громко могло взорваться?

— А ты что, не слышал никогда, как здания взрывают? — усмехается Стёпка.

— Как будто ты слышал, — парирует Серый.

— Нет, но в кино видел, и грохот представляю. Лучше беги, такси заказывай.

Старший ещё несколько секунд тревожно глядит в сторону взрыва, будто ожидает увидеть в небе вертолёты, самолёты или машины похуже, а потом убегает.

— Разворачивай конверт, — сухо просит Стёпка и ёжится.

— А?

— Конверт вскрывай, какой адрес ты сейчас скажешь водиле?

— Точно! — хлопаю себя по лбу. Совсем забыл, вот болван. Достаю из внутреннего кармана конверт таинственного Арнольда и разрываю его. На секунду жуткая уверенность, что внутри чистый лист бумаги, но оппозиционеры не обманули. Вот он — адресок. А внизу небольшой текст о двери в конце восьмой галереи и двух охранниках.

— Всё есть, — говорю. — Можем ехать.

А к нам уже бежит Серый и машет руками.

Он нашёл парня лет двадцати восьми в оранжевом мать его Рено. Не мог другой цвет подобрать. Из-под потёртой шляпы водилы торчали немытые кудрявые волосы. Морщинки в уголках губ и глаз смеялись, зато взгляд мне не понравился. Подленький какой-то.

На переднее сиденье забираюсь я.

— Далеко вам надо, люди молодые!? — весело прикрикивает парень.

Прежде чем назвать адрес, ощущаю неприятный запах затхлости в салоне, да и от водителя несло нечистотами, и среди благоуханий чувствовался запах вчерашней вечерней пьянки.

Я называю адрес и хмуро отворачиваюсь к окну.

— Далековато, конечно! — восклицает шофёр, заводя машину. — В старое доброе время со старыми добрыми пробками плелись бы не меньше четырёх часов, сейчас домчим за минут тридцать. Устраивайтесь поудобнее!

Мы выплываем на пустынную проезжую часть. Некоторое время едем молча, из магнитолы льётся неизвестная мне группа. Ничего не имею против, очень похоже на рок, если бы не гадские для нынешней ситуации слова:

Время ошарашено носится,

Время как жвачка не тянется,

Время не растрачивают те, кто

Знают то, что временем надо платить.

Полагаю, Стёпка хмур как и я, а Серый вдруг задаёт вопрос:

— Это же с кем вы сейчас воюете?

Во дурак.

— Что значит чьих? — усмехается водитель. — Парень, да ты с Чукотки приехал? Хотя и там знают с кем мы воюем. С фашистами ж.

— Так мы ж сними уже в сороковых отвоевали ж?

Вот идиот. Я терпеливо прикрываю глаза.

— Ребят, да вы что, из другого мира?! — восклицает водитель, внимательно поглядывая на дорогу. Шутки шутками, а попал он в яблочко.

— Не обращайте внимания, — вдруг говорит Стёпка. — Это мой брат, он немного больной на голову.

— Ааааа, то-то я вижу, видок у него глуповатый! — восклицает шофёр и поглядывает в зеркало заднего обзора.

Не представляю, какое лицо сейчас у Серёги, но едва сдерживаю улыбку. Уголки губ всё же немного растягиваются.

— А чо это я? — бубнит Сергей. Ох, лишь бы он понял сценарий, а то сейчас, похоже, его самолюбие всё испортит. Но Стёпка затыкает рот брату следующей фразой:

— Они на нас снова напали. Я же тебе говорил сто раз.

— Всё верно! — кивает шофёр, поворачивая на неизвестную нам улицу. — А что же вы его одного отпустили такси ловить? Сейчас время такое, что умных-то обманывают. — С этими словами водитель как-то чересчур добро косится в мою сторону.

— А мы рядом стояли, — тут же отвечает Стёпка. — Вы лучше расскажите ему, кто с кем воюет, он любит это слушать.

Вот Стёпка. Вот молодец.

И вдруг Серый подхватывает:

— Да, я люблю! Очень люблю!

Только делает это слишком уже дурацким голосом, как будто резко превратился в мальчика-дауна. Переигрывает.

— Да что там рассказывать. Третью Мировую они развязали, фрицы эти опять, — ворчит водитель. — Надо было тогда Сталину в Берлин всё-таки войти и снести их к чертям собачьим.

В салоне некоторое время висит пауза, а шофёр то и дело поглядывает в зеркало заднего обзора, да на меня иногда слишком уж любвеобильным взглядом. Может, ждёт, что мы продолжим. А мы и не знаем как.

Но Серёга продолжает подыгрывать, и очень неплохо.

— Так они ж мелкие, — говорит он. — Россия вон какая большая, а Германия совсем маленькая.

— Маленькая, да удаленькая, — ворчит водила. — Они там наплодились как кролики. Вся Россия залезет. И вооружение нехилое. Да они потом всю Европу всколыхнули. По принципу: идём на Россию, кто не с нами, тот против нас. Вот многие и подписались, чтобы на них не нападали.