Читаем Библейская правда полностью

И сыновей его, и дочерей его… Ай — яй — яй! Но ведь папа Моисей узаконил: «Отцы не должны быть наказываемы смертью за детей, и дети не должны быть наказываемы смертью за отцов. Каждый должен быть наказываем за своё преступление». (Втор. 24. 16).

Вот так и получается в Библии, причём, неоднократно: законы законами, а дети детьми. Детей надо наказывать. Чтобы слушались. И самое действенное из всех наказаний — смерть. От такой взбучки они будут тише воды, ниже травы. Причём, значительно ниже.

После успешного решения аханской проблемы Господь снова подружился с израильтянами. И укрепил сердце народа. Иисус решил повторить атаку на город Гай. В этот раз он послал не три, а тридцать тысяч воинов. Он справедливо полагал, что если гаитяне и в этот раз убьют из них три десятка, то никто в такой массе народа этого не заметит.

Иисус был опытным военачальником. И поэтому не пошёл безоглядно на лобовой штурм бастионов. Но посадил все тридцать тысяч воинов в засаду с северной стороны города, а потом ещё пять тысяч — с южной стороны. И, представьте себе, гаитяне проморгали такие крупно засадные маневры. Потому что это был город глухо — слепых.

С оставшимися пятью тысячами Иисус напал на Гай. И тут же, развернув воинов на сто восемьдесят градусов, стал бежать от Гая.

«В Гае и Вефиле не осталось ни одного человека, который не погнался бы за Израилем. И город свой они оставили отворённым, преследуя Израиля». (Нав. 8. 17).

Как поётся в одной народной песенке: «Отворяйте ворота, приезжают господа!» Израильтяне сразу же оказались господами положения. Они вышли из засады, и затоптали жителей Гая ногами. Потому что в такой огромной куче народа не могли, как следует, размахнуться мечами.

«Падших в тот день мужчин и жён, всех жителей Гая, было двенадцать тысяч». (Нав. 8. 25)

Это были все взрослые жители Гая. Можно прикинуть, какое войско мог выставить такой город. От силы — три тысячи человек.

Старейшины близлежащего города Гаваона, услышав о великих победах Израильтян, сильно испугались, и решили пойти на хитрость.

Они оделись в лохмотья, посыпали голову пеплом, и в таком виде явились к Иисусу. И рассказали ему сказку о том, что пришли из далёких краёв, из некоторого царства — государства, чтобы заключить мир на вечные времена с таким могучим, всемирно известным вождём.

Иисусу польстило их предложение, и он тут же подписал пакт о мире и дружбе между народами. И скрепил его клятвой пред лицом Господа. Через три дня израильтяне подошли к стенам Гаваона. Старейшины встречали их хлебом — солью. Иисус был неприятно поражён, увидев знакомые лица. Добыча ускользнула из рук. Святая клятва не позволяла пустить кровь гаваонитянам и их девственницам. Иисус от досады матюкался и метал громы и молнии, не хуже Господа. Но ничего нельзя было поделать. Еврейский вождь, в отличие от Иеговы, старался быть верным данному слову. Но за то, что жители Гаваона так подло обманули его, он тут же обратил их всех в вечное рабство.

«За это прокляты вы! Без конца будете вы рабами, будете рубить дрова и черпать воду для дома Бога моего» (Нав. 9. 23)

Слабый не должен обманывать сильного. Потому что сильный всегда прав. Это правило действует во все времена. И у слабого есть только один выход, как оказаться правым. Нужно стать сильным.

Языческие цари решили объединиться перед лицом грозящей опасности, дабы не попасть под власть монотеистов. Объединённое войско пяти аморрейских царей, для начала, решило проучить хитрых гаваонитян. За то что добровольно открыли ворота Иисусу. Израильтяне поспешили на помощь осаждённому Гаваону.

В ближайшей долине разыгралось невиданное по размаху сражение. Пять царей не выдержали натиска, и побежали. Господь, восхищённый доблестью своего народа, громко хлопал в ладоши, отчего с ближайших гор на голову противника падали громадные камни.

«Больше было тех, кто умер от града камней, нежели тех, которых умертвили сыны Израилевы». (Нав. 10. 11)

Близился вечер, а воины Иисуса ещё не успели перебить всех аморрев. Поэтому Господь на пару часов остановил Солнце. А почему бы и нет! Для хорошего друга ничего не жалко.

Если Вы утверждаете, что Господь — Бог всех людей на земле, то почему Он заставил миллионы Своих рабов на другом полушарии мучаться в неведении, взойдёт ли над ними солнце, или уже навеки будет вечная тьма? Но, может быть, мы всё же правы, высказав предположение, что для обслуживания Палестины у Него имелось запасное, карманное солнце?

Интересно, что все эти дешёвые фокусы со стоящим солнцем, раздвигающейся водой, падающими перепелами Господь, по совершенно непонятной причине, прекратил демонстрировать с того дня, как распяли Иисуса, прозванного Христом. В ту минуту, когда Сын Его испустил дух, Господь закрыл ладонью солнце, и на земле три часа была полнейшая тьма.

И всё! Как отрезало. После этого, на протяжении двух тысяч лет, ничего подобного не наблюдалось. То ли Он руку обжёг, то ли обиделся за Сына, то ли понял, что люди стали умнее, и их на мякине не проведёшь.