– Он тебе что-нибудь сказал? – спрашивает она. – На яхте?

Не знаю, почему я не рассказала ей – или кому-либо из них – о той чуши, что он наговорил. Может быть, я не хочу, чтобы и без того напряженная атмосфера стала еще более напряженной. Он не обидел меня, не оскорбил. Я держала ситуацию под контролем, и даже сейчас я помню, каково это – направлять на него нож. Видеть в его глазах проблеск страха.

Я не хочу делиться этим с ними.

– Ничего такого. – Я отрицательно качаю головой.

Робби встает перед нами, уперев руки в бока, на его лице играет мерзкая ухмылка.

– У вас тут вечеринка без меня? – хихикает он, и Джейк делает шаг вперед.

– Что ты делал на моей яхте? – задает вопрос Джейк, но Робби не перестает улыбаться. Он только пожимает плечами.

– Проверял, что к чему. Думал, здесь все гостеприимные, «мой дом – твой дом», понимаешь? – Он обводит нас рукой и указывает на навес.

– Это не так, – качает головой Джейк. – И если я еще раз увижу тебя на своей яхте…

– Что тогда? Будут разборки в стиле Крокодила Данди?[16] – Он делает несколько выпадов в сторону Джейка, ошеломив всех нас. Робби просто прикалывается, но тут голос подает Нико. Он звучит низко и угрожающе:

– Успокойся, приятель.

Джейк не моргнув и глазом поднимает пистолет, его дуло оказывается всего в нескольких сантиметрах от лба Робби.

– Джейк! – кричит Элиза, а Бриттани хватает меня за руку, оттаскивая нас обеих подальше.

Робби продолжает улыбаться, но взгляд у него становится суровым:

– Полегче, чувак. Это тебе не «Повелитель мух», а я, черт возьми, не Хрюша[17].

– Ты злоупотребил нашим гостеприимством, приятель, – спокойно проговаривает Джейк. Рука его тверда, он не опускает пистолет. Неужели всего несколько дней назад я держала его в руках? Неужели я стреляла по пустым винным бутылкам и смеялась?

Сейчас мне не до смеха.

Амма побледнела, а Нико все еще держит одну руку вытянутой, будто собирается в любой момент вмешаться и остановить это, но Робби и Джейк пристально смотрят друг на друга, руки Робби вытянуты вдоль тела, он сжимает и разжимает пальцы.

– Вот как? – качает он головой, проводя рукой по коротко стриженным волосам. – Что ж, в таком случае, думаю, я поплыву дальше.

– Хорошая идея.

Джейк опускает пистолет, и, по-моему, мы все выдыхаем с облегчением.

Робби поворачивается, чтобы уйти, и я уже представляю, как он гребет к своему судну, втаскивает гибкое тело на борт и уплывает, оставляя нас. Будто бы ничего и не случилось.

Но потом он снова поворачивается, так быстро, что мы не успеваем среагировать, проносится мимо Джейка, толкнув его плечом достаточно сильно, чтобы тот отступил на пару шагов, и начинает ломиться сквозь джунгли.

Раздается резкий треск, достаточно громкий и близкий, и я вскрикиваю, поднимая руки к ушам, но даже так слышу, как кричит Элиза:

– Господи Иисусе, мать твою!

«Джейк выстрелил в него, он выстрелил в Робби, он убил его, а мы все просто стояли и смотрели». – Мой мозг гудит, но крика не было, и все еще было слышно, как Робби продирается вперед, хотя звук становился все тише.

А потом все стихает, и мы смотрим на то место, где исчез Робби, в джунгли, поглотившие его.

<p>Глава 18</p>

– Куда он подевался, черт возьми? – шепчу я в темноте каюты.

Нико свернулся калачиком рядом со мной. Весь день и весь вечер мы вшестером ждали на пляже, надеясь, что Робби вернется. В конце концов, его посудина все еще стояла на якоре рядом с нашими, а я уже несколько часов лежу без сна и прислушиваюсь.

Пока тишина.

Знаю, что Джейк все еще на пляже. Наблюдает. Эта мысль могла бы помочь успокоиться, но ничего не выходит, и даже здесь, на «Сюзанне», я взвинчена и ужасно нервничаю. До сих пор перед глазами стоит жесткий взгляд Робби, я слышу, как он клацает зубами, делая шаг в мою сторону.

– Может, он просто прячется в джунглях? – Нико не отвечает. – Помнишь, он говорил об этом? Что хочет жить здесь?

– Ну, пусть живет, Лакс. Какая разница? – Нико произносит эти слова со вздохом, переворачивается на спину, и я придвигаюсь, чтобы лучше его видеть.

– Мне не все равно! – сердито шиплю я. – Он может в любой момент выскочить из джунглей и застать нас врасплох. Кто знает, на что он, черт подери, способен?

– Послушай, да, он гребаный псих, тут не поспоришь, – устало соглашается Нико. – Но он безобиден, Лакс. Он убежал в джунгли, на нем ничего не было, кроме плавок. Только у Джейка есть гребаный пистолет. Чувак, наверное, ждет, пока мы уберемся с острова, чтобы вернуться к своей яхте и не получить пулю.

– То есть тебя совсем не беспокоит, что он странно вел себя со мной и теперь прячется где-то на острове? – Я всегда знала, что Нико спокойный, не из тех, кто будет переживать по пустякам. Но я поделилась с ним тем, что Робби сказал мне на борту «Лазурного неба», рассказала, как это напугало меня.

Он поднимает руку и проводит по лицу.