Читаем Бездомные псы полностью

Этот блок был почти такой же по размерам и сооружен из тех же материалов, но псов ждали здесь новые перемены, столь же для них разительные, как для человека — смена красного сигнала на зеленый. Все вроде бы такое же, но вместе с тем совершенно иное. Псов охватило сильное волнение. Они застыли на месте — принюхивались, повизгивали, скребли когтями пол и дрожали всем телом. Раф прыгнул вперед и дважды отрывисто гавкнул. Тут было полно крыс, крысы так и кишели в бесчисленных клетках. Были тут и мертвые крысы — это было ясно по запаху. А еще были какие-то странные крысы, все, похоже, сосредоточенные в одном месте, — оттуда исходил какой-то резкий дурной запах. Проникая повсюду и забивая слабый, нормальный крысиный запах, эта ужасная, словно дуновение чумы, отвратительная вонь была столь сильна, что Раф, хоть и гавкнул, все же застыл на месте от страха и отступил на шаг к Шустрику, который стоял в тени под стальным столом, подняв голову и насторожив уши.

В этом блоке проводились онкологические исследования. Тут крыс заражали раком, а затем пичкали разными наркотиками и прочими препаратами, после чего, когда крысы умирали, их разрезали, чтобы посмотреть, что получилось, и зафиксировать результаты. Всего тут было шестьдесят две клетки, не считая большого вольера, где находилась контрольная партия, служившая заодно и резервом, откуда брали здоровых крыс для того или иного эксперимента. Тут был представлен рак уха, носа, горла, желудка и кишечника, причем разной степени злокачественности, а также всевозможные саркомы, которые, словно морские анемоны, расцветали в живых крысах — в безмолвном и бесцветном мире их глотки, утробы или брюшины, в мире, который не нуждался ни в солнце, ни в дожде.

Сей сад таинственный внушал безотчетный страх двум оказавшимся тут ошеломленным псам. Крысы были везде и нигде, кроме тех, чьи тела неподвижно лежали на стеклянном столе, являя собой итог очередного рабочего дня, аккуратно рассеченные из конца в конец и, как расколотые каштаны, открывая на всеобщее обозрение белые опухоли, бугристые и сморщенные, словно ядро грецкого ореха.

В углу блока, отдельно, словно привилегированная палата в больнице, находился отсек с запертой дверью, на которой была укреплена табличка: «Д-р Гуднер. ПОСТОРОННИМ ВХОД СТРОГО ЗАПРЕЩЕН». Там тоже были крысы.

Суть проекта, которым занимался доктор Гуднер с крысами в этом отсеке, была строго засекречена. Сам доктор Гуднер никогда не обсуждал свою работу ни с кем, кроме директора, но сотрудники Центра (в том числе и мистер Пауэлл) догадывались, что, равно как и другие многие эксперименты, этот проект так или иначе связан с заказом Министерства обороны.

Раф остановился у закрытой двери, принюхиваясь к запахам, идущим из щели снизу, и прислушиваясь.

— Что-то тут не так. Чем это пахнет?

— Листья гниют, — пробормотал Шустрик. Этот запах почему-то пугал его. — Знаешь, они падают осенью и заполняют каналы… Черви и мухи, черви и мухи… А ты часом не проголодался?

— Еще нет.

— Тогда пошли дальше, Раф, мы все же убегаем. Если будем торчать здесь и питаться этим запахом, то к рассвету заработаем несварение желудка, и табачный человек найдет нас утром в корчах на полу, если с нами не случится чего-нибудь похуже. Тут какая-то страшная зараза, ею тут все пропахло. Пошли отсюда побыстрее, покуда носы целы.

С этими словами Шустрик повернулся и двинулся в дальний конец крысиного блока, и они миновали еще одни двери.

Впоследствии странствия этой ночи вспоминались им обоим как невообразимая смесь запахов формальдегида и спирта, меха, перьев и шерсти, краски, стекла и дезинфекции, сена, соломы и ваты, запахов экскрементов и железистых выделений, карболки и ржавчины, засохшей крови и мокрой слизи, тлена, гноя и пота, вкупе с короткими, тревожными вскриками неведомых животных и тяжелым, свистящим дыханием, доносившимся из темноты. Раф и Шустрик оказались в следующем блоке. Это был птичник с воробьями и вьюрками, где исследовались болезни домашних певчих птиц, а заодно разрабатывалась технология предпосевной обработки семян злаков, которые шли этим птицам на корм.