Читаем Бездна полностью

- Обижаешь! -- Сашка не был красавцем в голливудском смысле этого слова, но причин испытывать комплекс по поводу своей внешности у него тоже не было.

- Ты меня не понял. Ты же не пойдешь на мелодраму?

Ответа на такой вопрос не требовалось. На мелодраму никто из присутствующих не собирался. С другой стороны, иногда важнее с кем ты идешь, чем куда.

- Иногда важнее с кем ты идешь, чем куда, - сказал Сашка после некоторых раздумий.

- Тогда пойдем в зоопарк, туда вход до сих пор рублей сто.

- Вдвоем?

- Я уже спрашивал об этом.

- А почему в зоопарк?

- Не хочешь в зоопарк, давай в планетарий.

Через некоторое время Сашка, Влад, Серега, а с ними Маринка и Светка сидели в планетарии, задрав головы. Серега и девчонки пили пиво в общаге, когда к ним нагрянули Сашка с Владом. На самом деле, после "госов" им всем было не только все равно, куда, и даже не только с кем, но и вообще -- все равно. Планетарий -- так планетарий.

С Серегой, Маринкой и Светкой Сашку не связывало ничего, кроме института. Более того, эти трое были частью другой компании, которая тусовалась, как правило, без Сашки. Нет, от него не прятались и даже бывали искренне рады его нечастым появлениям, но Сашке с ними было неинтересно, если только он не брал инициативу в свои руки, не делал себя центровой фигурой компании хотя бы на вечер. Он любил поговорить, повыступать с гитарой, побалагурить. А это нравилось не всем. Особенно недовольны были те, кто лидировал в Сашкино отсутствие, например ценитель женских прелестей и крепких алкогольных напитков Дуров. Сашка понимал свое интеллектуальное и, если можно так сказать, творческое превосходство над ним и другими ребятами в этой тусовке, и старался пользоваться этим как можно реже, чтобы не накалять обстановку. Так и повелось: он приходил редко, зато ему радовались. Впрочем, Сашка также отдавал себе отчет, что его превосходство совсем не так велико, как иной раз кажется со стороны.

Светка с Мариной относились к той благодарной части публики, которая всегда охотно откликается на любую шутку вне зависимости от ее качества. А Серега просто был славным малым, который искренне любил людей. Он напоминал добродушного дворового пса, который виляет хвостом при виде всякого прохожего, если тот улыбнется ему, причмокнет, а еще лучше бросит кусок печенья. Поэтому Сашка был очень рад, застав в общаге именно их и их втроем. Эти пошли бы и в планетарий, и в зоопарк, и в Мавзолей Ленина.

Голос диктора рассказывал про черные дыры во Вселенной. На куполообразном потолке сменялись изображения чудных воронок в пространстве. Если верить говорящему, эти воронки всасывали в себя все, что находилось в непосредственной близи от них - "в их гравитационном поле" - и бесконечно сжимали до размера точки. При этом время и пространство в черных дырах теряли свои привычные свойства и даже менялись местами, что было уже совсем непонятно. К тому же кресла были не очень удобные, и к концу у всех заболели шеи. Да и выпитое уже давало о себе знать.

После лекции все пятеро сидели в скверике на площади Восстания, и потягивали каждый свое -- кто пивко, кто воду. Здесь была сетчатая тень от листьев старых деревьев.

- Что нам рассказали, ничего не поняла! -- сетовала Светка, - Какая вообще разница, есть эти дыры, нет их... нам-то что с того?

- Ну как же, - искренне удивлялся Сашка, - как же может быть все равно? Если эти дыры действительно засасывают в себя все, значит они передвигаются относительно Вселенной!

- Не понял, - отпустил горлышко бутылки Серега. Он вообще много чего не понимал, но любили его не только за это. Известная степень недалекости соседствовала в нем с открытостью и искренностью, которые трудно ожидать от обремененного развитым интеллектом примата.

- Представь себе, что черная дыра -- это водяной насос, шланг которого опущен в бассейн, - начал выступление Сашка, - а Земля -- это такой кусочек материи, взвешенный в воде этого бассейна. Сначала нам с Земли кажется, что шланг насоса стационарен -- сосет себе где-то воду в дальнем углу бассейна. Но мы то в воде! И постепенно он притянет нас к себе и засосет внутрь. Так же и настоящая Земля взвешена в безвоздушном пространстве, которое всасывается черной дырой. Когда-нибудь она доберется и до нашей планеты, как бы далеко она не была.

- Но мы же не можем этому помешать! -- изобразив сожаление на лице, пожала плечами Марина. Маринка представляла собой очень интересный экземпляр -- про таких в комсомольских характеристиках писали: "хороший товарищ". Плюс к тому - ответственная, неглупая, начитанная, старательная. И в то же время Сашка почти физически ощущал границу, за которую Маринкин ум никогда не перейдет. Она просто не сможет понять некоторые вещи, которые и он понимал не до конца -- те же черные дыры - но чувствовал их, и постепенно сживался с непонятым, вписывая его в свое видение мира.

- Сейчас не можем, - согласился Сашка, - но надо изучать это явление, пока есть время.