Читаем Без тебя полностью

Я был завален работой. Бизнес, как всегда. Директора любят загружать сотрудников по максимуму. Возможно, именно поэтому я продолжаю трудиться в «Тайсон Криэйтив», куда пришел еще во время своей преддипломной практики. Младший персонал – расходный материал, но если ты продержишься достаточно долго, чтобы добиться повышения, вечный стресс станет твоим образом жизни.

В «Тайсон Криэйтив» я являюсь проводником между креативом и бизнесом. Когда новый заказ возникает на горизонте, именно я принимаю телефонный звонок, а затем представляю бизнес-план. В этом я хорош, очень хорош, черт побери! Я люблю стоять в помещении, заполненном людьми в деловых костюмах, и стараться переубедить их в чем-то. В равной степени мне нравится вести кампании, направленные на изменение общественного мнения. Это подобно наркотику: заставлять людей принимать твои мысли за свои. Я часто задаю себе вопрос: если бы я был религиозен, не стал бы я одним из тех телевизионных евангелистов, которые богатеют, внушая свои идеи аудитории?

После того как мы гарантированно получали заказ, моя роль сводилась к надзору за процессом вплоть до последнего счета-фактуры. Я передаю благие вести наверх, а несущие неприятности – вниз. В мои обязанности входит, например, рассылка электронных сообщений сотрудникам с информацией о том, что все запланированные отпуска во время избирательной кампании отменяются. Я уведомляю об увольнении графическую художницу, пойманную на том, что в рабочее время она висела на форумах, посвященных проблемам бесплодия. Я объявляю, что на заседании правления решено принять чек от табачной компании. Бывали времена, когда я мог, выйдя из лифта, пройти всю дорогу до моего стола в угловом офисе и не встретить ни одной улыбки, никто даже не здоровался со мной. Я никогда не старался завести на работе друзей. Именно поэтому у меня только один друг.

Зовут его Карл Диксон. Он – один из старших дизайнеров. Мировой парень. Инь моего рабочего ян. Всеобщий любимец, наладивший связи со всеми. Карл запоминает мелкие подробности из жизни того или иного человека и умеет вести непринужденную беседу, стоя перед бачком с охлажденной питьевой водой. Он появился в «Тайсон Криэйтив» одновременно со мной. Тогда, как говорят, чернила еще не успели высохнуть у него в дипломе. Мы вместе поднимались по корпоративной лестнице в течение долгих восемнадцати лет. Карл принадлежит к творческому сегменту рынка маркетинга. Мы не были конкурентами по работе, поэтому имели шанс стать друзьями. Думаю, если бы мы претендовали на одну и ту же должность в начале нашего карьерного пути, даже на один и тот же выгодный заказ, нашей дружбе быстро пришел бы конец. Вместо этого мы почти два десятилетия проработали бок о бок. После того как Карл стал мужем и отцом, мы нечасто виделись вне офиса, но он все равно оставался мне ближе, чем мои родные братья.

Когда наши расписания позволяли, мы соблюдали утренний ритуал, заключавшийся в том, что между девятью и половиной десятого мы встречались у нелепой кадки недалеко от двери, ведущей в мой кабинет. В этой пластмассовой кадке торчала пластмассовая же пальма. Кто-то, по-видимому, решил, что эта штуковина сделает обстановку в офисе более позитивной, но лично для меня пластиковая пальма являлась олицетворением всего того, что раздражало меня в «Тайсон Криэйтив» и нашей работе в целом. Пальма никогда не вырастет и не завянет. Она не имеет иного предназначения, кроме того, чтобы занимать место в коридоре. А еще пластиковая пальма была идеальным местом для встреч с единственным моим другом во всем офисе. Возле нее располагалась лестница. Спустившись на пару пролетов, мы попадали в кафе на первом этаже здания, обсуждая по пути разные новости, связанные с работой или же не связанные. Карл теперь был женат и счастлив в браке, но время от времени мы еще позволяем себе прошвырнуться вечером по городу, чтобы утром на следующий день встретиться у пластиковой пальмы и обменяться оскорбительно пустыми впечатлениями после вчерашнего посещения ночного клуба.

Мы оба возмужали и посерьезнели на глазах друг у друга. Карл стал любящим мужем и отцом, а я полностью отдался своей работе, так что она вытеснила из моей жизни все прежние юношеские игры. По крайней мере сейчас, поужинав с женщиной, а затем добившись от нее большего, я не спешил хвастаться этим перед приятелем.

Сегодня утром, однако, слова извергались из меня, словно вулканическая лава.

– Вчера вечером я познакомился с изумительной женщиной.

Дверь даже не успела закрыться за нами, когда мы направлялись к лестнице, ведущей вниз. Карл шел первым. Он уже был на верхней ступеньке, но замер и обернулся. Его лицо выражало нечто среднее между недоверием и легким потрясением.

– В четверг? – рассмеявшись, произнес Карл. – Разве ты не собирался поработать дома?

Он зашагал вниз по ступенькам первого пролета. Я прикрыл за нами дверь и последовал его примеру.