— Дело в том, что жена мистера Генри, моя хозяйка, была француженкой, как я уже говорила. Она, конечно, была католичкой, потому что ее так воспитали, и она ничего другого не знала. Ведь замуж она вышла совсем молодой. Но мистер Генри быстро обратил ее в истинно христианскую веру, так что она отреклась от римского идолопоклонства и стала членом нашей церковной общины. А вот мистер Поль возьми да и влюбись в одну из ее сестер, а эта сестра как раз «посвятила себя служению Богу», как говорят католики, заживо похоронив себя в монастыре. Сердце мистера Поля было разбито, и тогда он перекинулся к «Алым дамам» и… — за этим вновь последовала трагическая пауза, — постригся в монахи. Просто ужас.

Он дожил до преклонных лет. Насколько я знаю, он еще жив, и по прежнему пребывает во мраке заблуждения.

— Если он жив, — прошептал Паркер, — то он и есть настоящий наследник. Он — дядя Агаты Доусон и ее самый близкий родственник.

Вимси, нахмурившись, возобновил атаку.

— Нет, мистер Поль — совсем не тот, кого я имел в виду, — заявил он. — Тот родственник мисс Доусон, о котором я слышал, — настоящий иностранец. Более того: у него очень темная кожа. Это почти негр, как мне говорили.

— Негр?! — возопила старушка. — Нет, сэр, ради Бога — этого не может быть! Разве что… нет, Господь милосерден — это никак невозможно! Бен, а вдруг это… ну, помнишь про старого Саймона?

Бен отрицательно покачал головой:

— Я слышал о нем очень мало.

— Как и все остальные, — энергично парировала миссис Коблинг. — С тех пор прошло много лет, но у них в семье про него просто легенды рассказывали. «Нечестивый Саймон» — так они его называли. Он уехал в наши индийские колонии много лет назад, и с тех пор о нем не было ни слуху, ни духу. Что, если он и правда женился в тех краях на черной женщине, и тогда этот самый негр… О Господи! Получается, что это внук Саймона, если не правнук, потому что Саймон приходился мистеру Генри дядей, и все это было так давно…

Оба друга были весьма разочарованы. Внук «старого Саймона», несомненно, слишком дальний родственник мисс Агаты, чтобы оспаривать права Мэри Виттейкер на наследство. Тем не менее, Вимси сказал:

— Это очень интересно. Кстати, куда он все-таки уехал — в Индию или в Вест-Индию?

Оказалось, что миссис Коблинг точно не знает, но, по ее общему впечатлению, это место было как-то связано с Америкой.

— Как жаль, что мистер Пробин теперь не в Англии. Он мог бы рассказать вам об этой семье больше, чем я. Но в прошлом году он удалился от дел и уехал — не то в Италию, не то еще куда-то в этом роде.

— А кто он такой?

— Он был адвокатом мисс Виттейкер. — объяснил Бен, — а потом вел дела мисс Доусон. Это был весьма достойный джентльмен, только очень уж зоркий и проницательный — прямо ух! Все подмечал, а сам ни о чем никогда не проговаривался. Впрочем, — добавил он, — таковы все адвокаты.

— Он жил в Крофтоне?

— Нет, сэр, в Крофтон-Магне, в двенадцати милях отсюда. Сейчас его контора перешла к Пойнтеру и Винкину, но они — люди молодые, и вряд ли много знают о Доусонах.

Поняв, что Коблинги уже рассказали им все, что могли, Вимси и Паркер постепенно выпутались из затянувшейся беседы и попрощались с хозяевами.

— Да, с кузеном Аллилуйей вышла промашка, — вздохнул Паркер.

— Может, да, а может, и нет. Возможно, он все же каким-то образом связан с преступлением. А вообще, впавший в католицизм нечестивый мистер Поль кажется мне более перспективной кандидатурой. Разумеется, нам также непременно следует прощупать мистера Пробина. Ты понял, кто это такой?

— Видимо, это тот самый таинственный адвокат.

— Ну конечно, это он и есть. Он знает причины, по которым мисс Доусон следовало написать завещание. А теперь мы немедленно отправляемся в Крофтон-Магну чтобы навестить господ Пойнтера и Винкина. Посмотрим, что они смогут нам рассказать.

К несчастью, ни Пойнтер, ни Винкин не смогли рассказать им вообще ничего. Отказавшись от услуг мистера Пробина, мисс Доусон передала ведение своих дел и все документы новому адвокату. Что касается самой конторы «Пойнтер & Винкин», то она никогда не занималась делами семьи Доусон. Тем не менее, владельцы конторы любезно согласились предоставить нынешний адрес мистера Пробина: Вилла-Бьянка, Фьезоле. Они весьма сожалели, что больше ничем не могут быть полезны лорду Питеру Вимси и мистеру Паркеру. Всего хорошего.

— Коротко и ясно, — прокомментировал его светлость. — Ну да ладно. А теперь позавтракаем и напишем письма: одно — мистеру Пробину а другое — моему хорошему другу, епископу Ламберту из «Миссии Ориноко». Может быть, через него мы выйдем на след кузена Аллилуйи. Выше голову! Знаешь ли ты Джона Пила? Или, иначе говоря, «ты знаешь край, где зреют апельсины?» Даже если не знаешь, ничего страшного: у тебя еще есть шанс отправиться туда в свадебное путешествие.

Глава XIII

АЛЛИЛУЙЯ