Читаем Без имени (СИ) полностью

- Всего лишь меры предосторожности, - мы покидаем комнату, оставляя позади озадаченных Мятежников. Думаю, сейчас они обмениваются мнениями по поводу произошедшего.

Джеминг ведет нас по коридору. Здесь темно, но чисто, нет никаких неприятных запахов, что несказанно радует. Он открывает дверь ключом, пропускает нас вперед, а затем закрывает ее изнутри. Эта комната непохожа на предыдущую по нескольким причинам. Во-первых, освещение. Прошлую было практически не разглядеть из-за волнения и того, что там было довольно темно по сравнению с этой. Во-вторых, мебель. Посередине стоит большой стол, заваленный бумагами и макетом города. На стене висит деревянная доска, а над ней лампочка. Я подхожу ближе. Сердце уходит в пятки, когда я вижу фотографии всех членов Совета. Под каждой фотографией имя и краткая информация.

Моя мать.

Алекс.

Марго.

Дмитрий.

Я ищу свою фотографию, но по стрелке, ведущей от Дмитрия, нахожу только пустой черный квадрат с надписью "Евгения Гриневская?".

- Теперь все стало на свои места, - я слышу голос Джеминг из-за спины. - Мы проверили все источники, но так и не нашли хоть что-то подлинное о существовании девушки по имени Евгения Гриневская.

Я смотрю еще раз на фотографии, Джеминг подходит ко мне и показывает пальцем на мою мать.

- Я долго думал и не мог понять, кто ты. Начал поднимать старую документацию, о ее прошлом нам удалось найти очень мало полезной информации, но мы узнали кое-что, о чем не подозревали, - Джеминг переводит взгляд на меня. - У Элеоноры было две дочери, и они погибли в Чистилище.

Мое сердце начинает безумно колотиться, дыхание учащается. Я сжимаю руки в кулаки, сдерживая дрожь.

- Которая ты из сестер?

- Младшая.

- А где вторая?

Я делаю глубокий вдох, мой голос сипнет.

- Ее убили, когда мы были в Содержательном доме два года назад.

Джеминг кивает, обдумывая полученную информацию.

- Никита, дай ее папку, - мужчина обращается к молодому человеку.

Тот подбирает что-то со стола и подает Джеминг.

- У нас есть для тебя работенка, - говорит Джеминг, листая бумаги. - Если я правильно понимаю, ты сейчас считаешься чьей-то женой?

- Невестой, - поправляю его и киваю на фотографию Дмитрия. - Он мой жених.

Джеминг поджимает губы.

- Какие отношения между вами?

В голове проносятся воспоминания двухлетней давности. Мои щеки покрываются краской, когда я думаю о Содержательном доме и ночи, проведенной с Дмитрием. Кажется, будто все это было лишь сном. Тогда я ненавидела Дмитрия, но сейчас я понимаю, что не испытываю к нему того, что чувствую к Алексу, Марго или собственной матери. Дмитрий не притягивает меня, как это было с Алексом, но и не отталкивает, как Марго.

- Непростые, но и небезнадежные, - отвечаю я, вспоминая, как оставила его раненного, укол вины не заставляет себя ждать.

- Она тащила его на себе в безопасное место, - за спиной раздается сдавленный смешок.

Я поворачиваю голову и встречаюсь с Никитой взглядом. Он, молча, кидает мне вызов, который я отказываюсь принимать. Недовольная гримаса напоминает мне Марго, она смотрит на меня с таким же выражением лица.

- Ты заработала несколько очков доверия в свою пользу в его глазах, - он выплевывает слова, осуждающе.

- Это только сыграет нам на руку, - подает голос Джеминг, - продолжай действовать в том же духе. Заставь его довериться тебе, так он станет посвящать тебя во все планы. Можешь, поиграть с ним в любовь, только не сильно увлекайся.

- Между нами нет никаких романтических отношений, - я не готова входить в одну и ту же реку дважды, у меня нет сил заново влюбляться.

- Значит, они должны появиться, - настаивает мужчина. - Лги, притворяйся, делай все, что может оказаться полезным.

Я перевожу взгляд на фотографию Дмитрия. Он здесь переходит улицу, на нем военная форма, волосы в полнейшем беспорядке, он выглядит так, будто спал всего два часа в сутки, уставший и измотанный, но, несмотря на это, на его губах мелькает ухмылка.

- Боишься, что не справишься? Ты говорила, что жила в Содержательном доме, может, я ошибся, решив, что у тебя должен присутствовать навык соблазнения? - Джеминг приподнимает бровь.

Я обдумываю предложение. Это именно то, что я собиралась сделать самостоятельно. Втереться в доверие, стать частью Совета, но полагала, что Мятежники найдут для меня работу посложнее, что-то более существенное.

- Они ничего не говорят мне, не выдают особо важной информации, все планы я узнаю за час или полтора до начала их реализации, - произнеся это вслух, я понимаю, что на самом деле являюсь бесполезной.

Мне никто не доверяет ни среди Безлицых, ни со стороны Мятежников. Я не самый лучший союзник.

- Ты должна завоевать их доверие. Я не прошу тебя стать среди них своей, но если ты найдешь правильный подход к Дмитрию, он может стать твоим оружием, - Джеминг протягивает руку. - Заключим сделку, поскольку ты входишь в состав Совета, тебя считают нашим врагом, но если ты поможешь нам, я дам тебе уйти после того, как мы покончим с ними.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Пропавшие без вести
Пропавшие без вести

Новый роман известного советского писателя Степана Павловича Злобина «Пропавшие без вести» посвящен борьбе советских воинов, которые, после тяжелых боев в окружении, оказались в фашистской неволе.Сам перенесший эту трагедию, талантливый писатель, привлекая огромный материал, рисует мужественный облик советских патриотов. Для героев романа не было вопроса — существование или смерть; они решили вопрос так — победа или смерть, ибо без победы над фашизмом, без свободы своей родины советский человек не мыслил и жизни.Стойко перенося тяжелейшие условия фашистского плена, они не склонили головы, нашли силы для сопротивления врагу. Подпольная антифашистская организация захватывает моральную власть в лагере, организует уничтожение предателей, побеги военнопленных из лагеря, а затем — как к высшей форме организации — переходит к подготовке вооруженного восстания пленных. Роман «Пропавшие без вести» впервые опубликован в издательстве «Советский писатель» в 1962 году. Настоящее издание представляет новый вариант романа, переработанного в связи с полученными автором читательскими замечаниями и критическими отзывами.

Константин Георгиевич Калбанов , Юрий Николаевич Козловский , Степан Павлович Злобин , Виктор Иванович Федотов , Юрий Козловский

Боевик / Проза / Проза о войне / Фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Военная проза