Читаем Без буржуев полностью

Будучи лишенной возможности стимулировать рабочего рублем, администрация вынуждена пускаться на всевозможные ухищрения, чтобы увеличить отдачу его трудовой энергии. Например, на заводе пластмасс в городе Аксай Ростовской области придумали такое: платить разовую премию рабочему или бригаде, которые сами потребуют поднять себе норму. Потребуешь поднять на 10 процентов — получишь полуторамесячную стоимость этой прибавки, поднимешь выше 10 процентов — получишь трехмесячную. Видимо, добровольность этого начинания была того же свойства, как когда-то — добровольность вступления в колхозы, потому что около 80 процентов рабочих «пересмотрели свои нормы». Опыт этот усиленно пропагандируется. НИИ труда разрабатывает рекомендации по расчету премий таким рабочим, ВЦСПС тоже принимает участие (ЭГ № 40, 77). Однако до всесоюзной кампании дело еще не дошло, что-то не ладится. Видимо, слишком уж открытая прикупка[1], да и смысла мало: сегодня рабочий получит премию за увеличение нормы самому себе, а завтра подаст заявление и уйдет, посвистывая, с премией в кармане.

Гораздо более распространена другая форма нажима на рабочего со стороны администрации. На всех предприятиях Советского Союза она получила название «штурм», «штурмовщина», и представляет из себя смесь уговоров, посулов, угроз, лести, призывов к сознательности и просто надрывного крика, которая достигает своего апогея в конце каждого месяца, квартала, года — в сроки, когда проводится контроль выполнения плана.

На штурмовщину уже обрушены реки сатирической желчи, но тем не менее она не собирается идти на убыль и процветает в той или иной форме абсолютно на всех заводах и фабриках. Внешне она выражается в чудовищной неравномерности выпуска продукции по декадам: в первую может быть выпущено 10 процентов месячного плана, во вторую — 30 %, в третью — 60 %. Например, фабрика «Красный октябрь», докладывая о некотором улучшении ритмичности, сообщает, что в последней декаде июня было выпущено 330 пианино при месячной программе 778 (ЛП 12.7.77). По теории «виноват отдельный хозяйственник», причиной штурмовщины принято считать срывы снабжения, просчеты в организации производства, неумение распределять людские и материальные ресурсы. И хотя все эти недостатки имеют место, живучесть штурмовщины держится, главным образом, на том, что без нее план был бы просто невыполним. Ибо только в чаду и истерии авральной работы оказывается возможным заставить людей трудиться в полную силу, не прибавляя им ни копейки. Больше того — под крики «план любой ценой!» даже у ОТиЗа, бывает, удается вырвать какие-то полузаконные прибавки рабочим за сверхурочные или ночные часы.

Каких только чудес не совершает штурм!

Места перекуров на время опустевают, зато все рабочие места заполнены — даже известные лодыри, прогульщики и пьяницы старательно трудятся в эти дни.

Резцы, оказывается, могут резать гораздо быстрее, термические печи — вмещать больше, сверла — погружаться глубже, краны — переносить детали дальше, станки — ломаться реже.

Снабженцы как из-под земли достают дефицитные материалы, транспортники ухитряются гонять грузовики по три раза туда, куда они с трудом поспевали один раз, энергетики выбивают где-то новые мощности и новые запасы топлива.

Кабинеты ответственных работников пусты, ибо все они — нет, не на важных совещаниях, а прямо в цехах. И не только надзирают. Когда надо, начальник цеха, его зам, парторг, технолог включаются в работу и, например, с ломами в руках ремонтируют асфальтовый пол (ЛП 8,2.77). Если начальник так не жалеет себя, неужели не сможет он заставить рабочих вкалывать по две смены подряд, а потом еще субботу и воскресенье? Конечно, сможет. На волне всеобщего ажиотажа он даже сможет заставить мастера ОТК (отдела технического контроля) — поставить клеймо годности на изделия, которые тот в нормальных обстоятельствах наверняка забраковал бы.

Замечательный штурм описал в своей книге уехавший из Советского Союза социолог Илья Земцов («Разворованная республика». Париж, 1976). Место действия — Бакинский электромеханический завод, время действия — декабрь 1970 года. Уже заготовлены рапорты Москве о перевыполнении плана, уже отпечатаны пригласительные билеты на торжества, списки премируемых, привезены переходящие знамена, памятные подарки.

Не хватает пустяка — готовой продукции на сумму 14,8 % от годового плана.