А доктор экономических наук Д. Валовой, произведший сенсацию своими беспощадными разоблачениями в «Правде» (10–12 ноября, 1977), вынужден был закончить статью предложением новой панацеи — оценивать результаты работы предприятий не в рублях и тоннах, а в нормочасах и норморублях.

Один скептически настроенный работник Министерства электротехнической промышленности замечает, что рано или поздно заводы научаются «изготавливать» любой показатель. Но даже он в полушутливой форме что-то предлагает. А именно — чтобы предприятиям по сумме достижений ставилась комплексная оценка, как конькобежцам-фигуристам (ЛГ 18.5.77).

Итак, мы видим, что предложений сыпется много, но все авторы их строго придерживаются требований, выдвинутых богатой «государственной бабушкой», ежемесячно снабжающей их нормальными карманными рублями: «да» и «нет» не говорить, черное и белое не называть, планово-социалистическую систему прославлять, страшное слово рынок не произносить. Причем игра эта стала настолько усложненной и увлекательной, что многие серьезные люди с жаром кидаются в нее, критикуют чужие предложения, отстаивают свои и в пылу полемики очень быстро упускают из виду конечное бесплодие и бессмысленность всей этой экономической схоластики.

Вопрос «есть ли выход?» для них вообще перестает существовать. Они отвечают на другой вопрос: «Как нам поскорее войти в ослепительное будущее, которого нам, согласно передовому учению, все равно миновать не удастся?»

Те же, кому пустота «Гайд-парковских» споров стала очевидна, оборачивают мысленный взор к людям, порвавшим свою зависимость от «государственной бабушки», позволившим себе роскошь свободного политического мышления — к диссидентам.

Что предлагают диссиденты

К середине 70-х годов политическая оппозиция в Советском Союзе с достаточной отчетливостью разделилась на три основных направления.

За первым из них утвердилось название неортодоксального марксизма. Сюда входят люди, верящие в «социализм с человеческим лицом», живущие идеалами Пражской весны, надеющиеся на еврокоммунизм и продолжающие утверждать, что замысел Маркса был абсолютно верным, но до сих пор не нашел правильного воплощения. Самые заметные фигуры этого движения — братья Рой и Жорес Медведевы, математик Леонид Плющ, и отошедший от активной деятельности после возвращения из лагеря Валерий Ронкин. И хотя это движение до сих пор не заявило о себе достаточно громким манифестом, влияние его шире, чем может показаться на первый взгляд. Ведь все преподаватели общественных наук в Союзе, все газетчики, пропагандисты, экономисты, литературоведы, историки и философы должны постоянно клясться именем Маркса, а такое бытие, естественно, определяет их послушное сознание. Им начинает хотеться верить в то, что они вынуждены повторять каждый день, и они с благодарностью тянутся к тем, кто в них эту веру укрепляет, да еще с искренней убежденностью, да еще идя на нешуточный риск.

Второе направление можно назвать либерально-демократическим. Его бесспорный лидер — академик А. Д. Сахаров. Организация «Международная амнистия», Комитет по наблюдению за выполнением Хельсинкских соглашений, «Хроника текущих событии» и многие другие ответвления борьбы за права человека — все это бесспорно тяготеет сюда же.

В 1976 году на Западе вышел сборник «Самосознание», собравший под своей обложкой многих видных авторов-демократов: Валентина Турчина, Юрия Орлова, Павла Литвинова, Льва Копелева, Григория Померанца, Евгения Барабанова, Бориса Шрагина. Наибольшую поддержку это направление находит в кругах технической и художественной интеллигенции. Ввиду своей интернациональности оно притягивает к себе многих борцов за права малых народов, благодаря высокому культурному уровню и способности к ясному выражению мыслей — широкое внимание и участие мировой общественности. Именно на него сейчас обрушены самые тяжелые удары властей, его участники подвергаются наиболее жестоким преследованиям и постоянной травле.

Наконец, третье направление можно было бы охарактеризовать как традиционалистское или корнеискательское. Оно уверенно приняло для себя в качестве идеологической основы учение русской Православной Церкви, сгруппировалось вокруг могучей фигуры Солженицына и в 1974 году выпустило нечто вроде программного документа — сборник «Из-под глыб», включавший, кроме статей самого Солженицына, работы Игоря Шафаревича, Вадима Борисова, Мелика Агурского и некоторых других.