Читаем Без аккомпанемента полностью

— Я бы не сказала, что мне нравится, как я живу, — ответила я, — но жизнь я люблю. Не знаю, как лучше это объяснить… Ну, например, летнее утро, когда еще никто не проснулся, или сугробы снега зимним вечером, или штормовой ветер — в такие моменты я иногда думаю, как я все это люблю! Конечно, это глупая сентиментальность, но я правда так думаю. Даже в груди все сжимается, и слезы выступают. Я думаю, что вот сейчас, здесь — я есть. И больше мне ничего не нужно.

— Прекрасно! — Ватару улыбнулся и посмотрел на меня. — И жизнь твоя прекрасна. И ты сама.

В его словах не чувствовалось иронии. Светофор переключился на зеленый. Мы молча пошли по зебре на другую сторону. На переходе нас обогнала какая-то мамаша, которая тащила за руки двоих ребятишек. Добежав до противоположного тротуара, она громко топнула ногой, как будто преодолела финишную линию, и, смеясь, воскликнула: «Первое место!» Подражая ей, маленькие мальчик и девочка тоже закричали: «Первое место!» В руках у девочки покачивался желтый воздушный шарик. Ротик был перемазан шоколадом.

Ватару мельком взглянул на девочку и улыбнулся сам себе.

— К сожалению, — сказал он, по-прежнему улыбаясь, — я свою жизнь не особенно люблю.

Впереди показалось прямоугольное здание городской администрации. Перед ним бил огромный фонтан. Отражая солнечный свет, радужные брызги разлетались по сторонам, словно клубы тумана. Медленным шагом мы пошли по направлению к фонтану.

— Очень многие люди говорят так же, как ты, — сказала я, изо всех сил стараясь придать своему голосу оттенок взрослого беспристрастия. — Типичный нигилизм.

— Да, наверное, — равнодушно кивнул Ватару. — Что поделаешь.

По пути я украдкой оглянулась назад. Юноскэ с Эмой нигде не было видно, лишь густая толпа, заполонившая торговый квартал, копошилась вдалеке.

Ровно через неделю я впервые увидела Сэцуко Домото. Дело было после обеда. Мы с Ватару договорились встретиться в лавке художественных принадлежностей на углу первого восточного квартала. Там Ватару купил альбом для зарисовок. «Ты рисуешь?» — спросила я его, но он лишь смущенно заулыбался.

После этого мы направились в большой книжный магазин, расположенный прямо напротив центрального вокзала. В этом магазине мы должны были встретить Сэцуко, после чего намеревались пойти на второй этаж отеля «Сэндай», чтобы выпить чего-нибудь холодненького.

День выдался жаркий: хоть мы и старались идти под сенью деревьев, из-за обжигающего летнего зноя и парящей духоты все тело вмиг покрывалось неприятным липким потом. Но мое настроение было приподнятым. За день до этого Юноскэ уехал к родителям в Токио и собирался пробыть там неделю. Перед поездкой Эма заявила, что поедет с ним, но Юноскэ решительно воспротивился, и из-за этого они вроде бы крупно разругались. В итоге Эма осталась в Сэндае. Но где она была и что делала — мы понятия не имели.

Мы с Ватару могли остаться наедине… От этой мысли приятно теснило грудь. Тайком я даже строила планы, как мы проведем эту неделю без Юноскэ и Эмы. Вот сейчас он познакомит меня со своей сестрой, а потом мы снова останемся вдвоем и пойдем гулять на набережную реки Хиросэгава. На следующий день я хотела отправиться с ним пешком на гору Аоба и завести его во все джазовые кафе, которые я знала. Затем я ненароком предложу ему познакомиться с моей теткой и под этим предлогом приглашу его домой, а там затащу в свою комнату. Мы будем слушать пластинки, есть сладости и пить чай. Я представляла, какое удивленное лицо он сделает, когда увидит жестяную банку из-под консервированных персиков, которую я использовала как пепельницу, чтобы втайне от тетки покуривать у себя в комнате.

В общем, я собиралась завладеть Ватару на целую неделю, и в тот день почему-то была необычайно болтлива. Периодически напевая себе под нос популярную в то время песенку «Блюз абитуриента», я подробно рассказала ему про Джули и Рэйко и, слегка привирая, поведала о том, что мы с ними едим шесть раз в день, включая ужин, но все равно не можем преодолеть постоянное чувство голода. Лицо Ватару поблескивало капельками пота. Он весело смеялся. Да-да, ему и вправду было весело. Настолько, что таким я его, пожалуй, видела впервые.

Когда мы дошли до угла универмага «Марумицу», что напротив Сэндайского вокзала, на пешеходном переходе зажегся красный свет. Я перестала болтать и уставилась на вход в книжный магазин, который располагался на первом этаже здания, на другой стороне улицы.

Перед стеклянными дверьми стояла молодая женщина и пристально смотрела в нашу сторону. На ней была невероятных размеров соломенная шляпа. Расписанное подсолнухами летнее платье пышным воланом расходилось книзу от тонкой талии. Легко приподняв пятки, обутые в белые туфли-лодочки, она стояла на цыпочках, придерживая шляпу за поля, и вглядывалась вдаль. Густые черные волосы мелкой рябью ниспадали из-под шляпы.