Читаем Бернадот полностью

Новый командир полка занимал важный пост в масонской организации и, кажется, привлёк туда и Бернадота. На это косвенно указывает то, что, подписывая своё письмо к брату от марта 1786 года, он поставил знак французских масонов12. В это время Бернадот занимался весьма ответственным заданием — обучением новобранцев. Новобранцы часто не выдерживали тяжёлой казарменной жизни и муштры и дезертировали. В обязанности Бернадота входила также и поимка дезертиров полка. В мае 1786 года он писал к брату в По, как он отличился, преследуя одного дезертира до самого Авиньона, т.е. удалился от места дислокации полка на целых 250 км! Дезертир в конечном итоге был пойман и возвращён в полк. Если учесть, что большинство офицеров относились к этому делу формально и возвращались из таких рейдов с пустыми руками, то рвение сержант-майора было, несомненно, отмечено полковым командиром по достоинству.

Если оценивать служебный рост Бернадота по нынешним меркам, то путь от рядового до примерного звания младшего лейтенанта длиной в 10 лет покажется нам не таким уж и коротким. Но по меркам того времени и с учётом невысокого происхождения Бернадота такое продвижение по службе считалось довольно успешным. Должность полкового адъютанта по многим причинам считалась выгодной для дальнейшей карьеры офицера. Бернадот заслужил её своим примерным поведением, усердием, прилежанием и, естественно, успехами на службе. При этом он обошёл многих своих старших товарищей по полку.

В Гренобле у фельдфебеля Бернадота был роман с местной девушкой Катрин Лямур, о чём свидетельствует запись в протоколе местного нотариуса Жирарда. Говорящая фамилия девушки «Лямур» (в переводе на русский язык «любовь») явно выдуманная: либо это была девушка соответствующего поведения, либо у неё и Жана Батиста были веские основания не называть настоящую. Здесь в Гренобле Бернадот оставил ещё один след — на сей раз в семье герцога Клермон-Тонерра, которому фельдфебель Бернадот во время беспорядков в городе 7 июня 1788 года спас жизнь.

Революция 1789 года застала Жана Батиста в чине фельдфебеля в Авиньоне, а потом в О-ан-Провансе. Фельдфебель Бернадот революцию встретил восторженно: она устраняла несправедливость в армии и отменяла дворянские привилегии, а, значит, открывала ему возможности для военной карьеры, призвание к которой он ещё не успел потерять. Примечательно то, что молодой военный не превратился в беспринципного приспособленца и карьериста, которыми стали многие его товарищи, «выходцы из народа». Врождённое чувство долга, чести и справедливости позволило ему достойно выдержать испытание стремительно последовавшей карьерой и навсегда остаться человеком в самом высоком понимании этого звания.

Победа революции сопровождалась яростными столкновениями между сторонниками старого режима и представителями новой власти. Наступило время т.н. Великого страха: страна наполнилась самыми фантастическими слухами о заговорах дворянства против крестьян, о бандах, уничтожающих урожай, что приводило к волнениям, бунтам и кровопролитию. 4 и 5 августа 1789 года Учредительное собрание отменило все феодальные привилегии, а 26 августа приняло знаменитую «Декларацию прав человека и гражданина». Король Людовик XVI сначала отказался подписать постановление Учредительного собрания, но после того как революционеры организовали «поход торговок на Версаль », ему пришлось уступить и сдаться. Королевскую семью перевезли в Париж, и 5 октября в послании Учредительному собранию король заявил: «Принимаю без возражений статьи Конституции и Декларацию прав человека и гражданина ». В столице возникли многочисленные клубы — прообразы будущих партий. В бывшем Доминиканском монастыре организовали свой клуб якобинцы, из которого после раскола выйдут партии жирондистов, монтаньяров и эбертистов. Имущество церкви было национализировано, сами священники подверглись преследованию.

13 мая 1789 года 1-й батальон полка переводят на усиление марсельского гарнизона, и Бернадот принимает участие в подавлении бунтов и наведении порядка в городе. К июлю 1789 года в Марселе возникло противостояние между т.н. гражданской гвардией (в других городах Франции её называли национальной гвардией), выполнявшей функции полиции и ополчения, и восставшим народом. Основатель гвардии и генерал-губернатор провинции Прованс граф Караман, после того как во время стычки с восставшими был убит его капрал, вызвал в Марсель правительственные войска, в том числе и оставшуюся часть полка Рояль Марин. Восстание было подавлено, а главные бунтовщики упрятаны в тюрьму Шато д’Иф.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука