Читаем Бернадот полностью

Нашего героя часто называли гасконцем, хотя Беарн Гасконии не принадлежал, а входил в состав провинции Наварра. Таким образом, правильней было бы считать его наваррцем. Но поскольку образ жизни наваррцев был сходен с гасконским, то большой ошибки в том, чтобы его называли гасконцем, не было.

Итак, Жан Батист (Креститель) появился на свет в тот период, когда Франция с Людовиком XIV выходила из очередной — Семилетней — войны6, когда Жан-Жак Руссо опубликовал свои знаменитые труды «Об общественном договоре, или Принципы политического права» и «Эмиль, или О воспитании», а в России в результате государственного переворота на престол взошла принцесса Софья Фредерика Августа Анхальт-Цербстская7.

Столица Беарна город По, получивший своё имя в 1482 году и насчитывавший к концу XVIII столетия около 7000 жителей, находится в живописнейшем месте на перекрёстке старых торговых дорог между Францией и Испанией. В самом центре города стоит замок Генриха Наваррского, со всех сторон громоздятся горы, прорезаемые живописнейшими и плодородными долинами; рядом, прокладывая путь по многочисленным террасам, шумит река Гав, а в долинах, где когда-то паслись тучные стада скота, процветает сельское хозяйство, садоводство и виноградарство. Позже По, благодаря своему живописному расположению и живительному воздуху, превратится в знаменитый курорт, куда будут съезжаться на лечение англичане, русские и даже американцы, но он так и останется тихим патриархальным городком, не поддающимся влиянию времени. Несомненно, такая природа, при изолированности населённых пунктов того времени, а горных местностей — в особенности, должна была наложить отпечаток на образ мыслей молодого Жана Батиста, развить его воображение и сформировать характер.

Эту местность при римском императоре Августе звали Страной Девяти Народов, потом она вошла в т.н. Аквитанию, по которой прошли полчища бургундов, вандалов, вестготов, викингов и арабов. Здесь беарнцы уживались с басками, но никогда не ассимилировались с ними в языковом отношении. Многие нынешние французские семьи этого региона могут вести своё происхождение кто от мусульманских, а кто от североевропейских захватчиков. Так что в жилах нашего героя текла горячая смесь баскско-кельтско- готско-арабской крови.

О детстве будущего маршала и короля почти ничего не известно — ведь он не был сыном короля или хотя бы какого-нибудь принца-консорта. Семья жила сначала в доме № 8 по улице рю Тран8, а потом переехала в другую квартиру на той же улице. Дошли сведения о том, что маленького Жана Батиста в семье звали ласковым именем «Титу ». Он говорил на местном беарнском диалекте, лишь отдалённо напоминавшем классический французский язык. В городке царила патриархальная ничем не нарушаемая тишина. Сюда с трудом доходили отголоски парижской и вообще европейской цивилизации. Здесь жили мирно, солидно, без суеты, следуя многовековым традициям и обычаям.

Общественные школы находились в плачевном состоянии, и их посещали дети самых бедных родителей. Более состоятельные граждане нанимали для своих чад учителей — обычно недоучившихся семинаристов, называемых повсеместно «игнорамусами», т.е. незнайками, что как нельзя лучше подходило и к уровню знаний, и к образу и опыту их жизни. Предполагают, что Титу учился в местной школе бенедиктинских монахов, как одной из лучших в городке. Чтение книг было редким занятием жителей По, о театре и других видах искусства они имели лишь слабое представление. Основным развлечением были игры — карточные и подвижные, в которых участвовали целыми семьями и кварталами, а также сплетни и муссирование слухов.

Немецкий историк Ф. Венкер-Вильдберг рассказывает о том, что десятилетний Титу любил лошадей, часто проводил своё время на почтовой станции, помогая кучерам распрягать и впрягать лошадей. Иногда почтальоны одаривали его услуги мелкой монетой, которые он непременно сдавал матери.

До 17 лет оба молодых Бернадота жили и воспитывались в доме. Анри Бернадот считался видным и уважаемым человеком в По и как судейский чиновник пользовался у его жителей авторитетом. Он хотел, чтобы оба его сына стали адвокатами, но из этого ничего не получилось. Трудно сказать, сделал бы старший сын Жан Евангелист какую-нибудь иную карьеру, но ему повезло: при Наполеоне, благодаря близости к нему младшего брата, он получил титул барона и звание «хранителя вод и лесов», соответствующее, по-видимому, званию лесничего, приличную пенсию и умер в 1813 году, оставив после себя сына и двух дочерей.