– Не-не-не, погодь, рановато помирать, ты знаешь, какие в Берлине клубы? А мужики там какие, ты видела? Это же идеальный город, чтобы залечивать раны! Знаешь, я бы даже, наверное, специально завела какого-нибудь мудака, чтобы бросить его и сразу поехать в Берлин. Это же круто – пока-пока, неудачник, прыг и «Ма-а-айн Херц бреннт!»1.

– Я в тебе никогда не сомневалась, как и в том, что с тобой даже в аду будет весело, не то что в Берлине. На машине едешь?

– Как обычно, одним махом, без ночевок, громко подпевая Экслу Роузу и «Бон Джови» и размахивая лифчиками из окон.

– Обожаю тебя. Дашь мне пару дней, работу закончить?

– Легко. Своего любимого переводчика я смогу подождать даже целых дня четыре. Мне там надо будет по приезду контакт один установить, поможешь?

– Опять роман международный?

– Ну, такое, пока сама не знаю, все может быть.

– Ага, понимаю, еще не решила его судьбу… – барышни одновременно расхохотались, и Лиза поняла, что уже давно не смеялась так легко и звонко, и да, пожалуй, упасть на лисий хвост Кате с ее приключениями, доверившись и не оглядываясь назад, – это лучшее, что сейчас можно было сделать.

I

Лиза никогда не бывала в Берлине. Она предпочитала проводить время там, где есть море, или хотя бы горы, или – в крайнем случае – красивая архитектура. В Берлине, как известно, не было ничего такого. Туда ехали за другим. Клубы, бары, рестораны, но самое главное – атмосфера андеграунда, невесть как образовавшаяся и сохранившаяся в столице одной из самых пуританских стран мира. Однажды она была проездом в Мюнхене, и в ее планах значилось когда-либо еще обязательно посетить Германию, она даже неплохо знала немецкий язык, но все же, если выдавался отпуск, выбирала теплое море.

Но раз в дело вмешалась Катя, проще дать, чем объяснить, почему не хочешь. Будто профессиональный дух-искуситель, Катя одним мановением руки добивалась своего, начиная с совместного распития бутылки вина с не употребляющим алкоголь человеком и заканчивая нахождением колоссальных денежных средств на самые сомнительные проекты. Впрочем, нет, не заканчивая: никто из живущих не знал предела Катиных возможностей. Поэтому, еще только собираясь ответить на ее звонок, Лиза понимала: приключение началось.

Они встретились на стоянке возле закрывающегося торгового центра, Катя любила выезжать в ночь. Мощная черная тачка с визгом развернулась и, покачивая басами, галантно притормозила возле Лизы.

– Запрыгивай, – крикнула Катя, открывая окно и делая музыку потише. Лиза кинула рюкзак назад и плюхнулась на роскошное кожаное сидение. – О-о-о, едешь в новую жизнь налегке?

– Ну, я где-то на недельку, по минимуму взяла; если что, куплю там, ломало чемоданы собирать.

– Понимаю, – Катя вжала педаль в пол, и машина, издав жирный породистый рык, выехала на трассу, вырвав у Лизы испуганно-неожиданный «ах». – Скажи?!… – Катя явно была довольна произведенным эффектом.

Лиза восторженно закивала головой, оглядывая космическую приборную панель и все глубже вжимаясь в кресло, сожалея, что не может более предметно оценить новое авто подруги. Она хоть и получила права уже лет пять как, но за руль так и не села. Сперва было страшно, а потом переехала в центр, поближе к работе, и необходимость отпала. Катя же, напротив, была фанатом всего, что движется, – и чем быстрее, тем лучше. Из-за этого порой казалось, что жизнь ее течет на ускоренной перемотке – по насыщенности событиями. И как сама она зачастую говорила: да, мне больше всех надо, мне мало одной жизни, постараюсь за этот срок прожить минимум парочку. Но все же, несмотря на свою вздрыжность, она была мудра, а рядом с ней всегда становилось хорошо и комфортно. Уставшая, хронически не высыпавшаяся в последнее время Лиза быстро перестала бороться со сном. Тем более что в этот момент, вводя ее в транс, заиграла спокойная электронная музыка, а за окном замелькала нескончаемая череда деревьев, маленьких домиков и редких одиноких фонарей, дающих слишком мало света для того, чтобы разглядывать происходящее. А в зеркале заднего вида и вовсе образовалась сплошная размытая серость, будто бы кто-то позади стирал за ненадобностью отработавшие своё текстуры.

Лизе снилось, что она наощупь идет по абсолютно темному лесу, совершенно не зная, куда. Это было вовсе не страшно, она просто шла, слегка выставив перед собой руки, аккуратно раздвигая ветки и стараясь держаться тропы. Вокруг нее ночной лес жил своей жизнью, и казалось, будто все растения и существа с нею заодно, она точно знала, что никто не причинит ей вреда. Внезапно она увидела что-то похожее на отсвет огня и пошла туда. На поляне действительно был костер, и вокруг него сидели люди, только были они примерно в два раза выше обычного человека, а у некоторых имелись дополнительные суставы и конечности и даже какие-то звериные черты. И снова Лиза с удивлением обнаружила в себе абсолютное отсутствие какого-либо страха, напротив, ей не терпелось подойти и познакомиться.