Читаем Беркут (Щегол-3) полностью

и отконвоировал мелкую к ее ванной. Потом, вроде как, поплелся в свою, но окружающий мир «мигнул», и я, открыв глаза, обнаружил себя в кровати.

Прозрение включилось практически без участия все еще дремлющего разума, но помогло найти жену, отсутствовавшую на законном месте слева от меня — ее энергетический силуэт почему-то обретался в гараже. Переться настолько далеко было лениво, поэтому я перевернулся на спину, дотянулся до телефона, лежавшего на тумбочке, посмотрел на экран и, ужаснувшись слишком уж большому количеству пропущенных звонков и непрочитанных сообщений, вернул трубку туда, откуда взял.

Увы, БИУС, мониторящий все и вся, засек эти шевеления, так что снова уйти в страну грез не удалось — не прошло и минуты, как в спальню влетели все три девицы. Вроде как, проверять, не проснулся ли я, часом. Одаренные ушли в рывок прямо с порога и рухнули справа и слева, а Кукла добралась до моей тушки своим ходом и помогла подругам запоздравлять меня насмерть, почти так же зацеловать и затискать до умопомрачения. Но я, конечно же, не расстроился. Ведь в их взглядах, словах и прикосновениях было столько тепла, что меня накрыло ощущением полного и всеобъемлющего счастья, а голова выключилась вообще.

Не знаю, сколько времени мы нежились бы в уютной тишине, не оживи дверной звонок. Но его мелодичная трель вернула нас в «серую» реальность и заставила зашевелиться.

За МТ-шкой ускакала Света. А Дайна перестала изображать неведение и подключилась к нашим гарнитурам:

— Это с КПП. Курьер Ляпишева. Привез патент на личное дворянство для Оли и документы на подарок ко дню рождения. Кстати, встречать курьера желательно тебе, Игнат: в тот момент, когда ты появишься в поле зрения, он отправит Дмитрию Львовичу сообщение, и тот тебе наберет…

— А разве патенты на личное дворянство можно рассылать курьерами? — хмуро спросил я.

— Нет. Но Цесаревич не горел желанием вручать его твоей супруге, ибо она одним своим существованием ломала его планы по приручению и качественному привязыванию к роду Воронецких столь талантливого юного добытчика. А вчера Ляпишев описал наследнику престола возможные репутационные потери, которые могут возникнуть из-за того, что кавалерственная дама Георгиевского креста и победительница гонки серии «Спорт-Элит», о которой говорит вся страна, будет проигнорирована уже второй раз. Вот Михаил Владимирович и придумал такой паллиатив.

Пока она рассказывала, в спальню вернулась Уфимцева и доложила, что к нам прибыл курьер из спецотдела Канцелярии. Я, естественно, подорвался с кровати, выдохнул Ценные Указания и убежал одеваться. А минут через пять вышел из коттеджа со стороны гаража и пообщался сначала с подчиненным Ляпишева,

а затем и с ним. Ну, что я могу сказать об этом разговоре? По моим ощущениям, Дмитрий Львович жаждал сгладить эффект, который на меня не мог не произвести настолько своеобразный способ пожалования личного дворянства. Поэтому извинился за то, что не смог вырваться в наши пенаты сам, очень красиво, образно и прочувствованно поздравил с днем рождения, «убедительнейшей победой в престижнейшей гонке», приказал курьеру отдать мне папку, отпустил восвояси, выждал секунд сорок и перешел к скользкому вопросу:

— Игнат Данилович, ваше пожелание было услышано, и положительное решение принялось максимально быстро в соответствии с принципом «дорога ложка к обеду». Не думаю, что вам надо объяснять, что подразумевается под словом «обед», поэтому прошу передать супруге мои искренние поздравления. И последнее, но ничуть не менее важное: вам и вашей уважаемой супруге — кавалерам Георгиевских крестов, самым талантливым молодым Поставщикам Двора Его Императорского Величества и публичным личностям — невместно останавливаться в доходных домах. Особенно при возможностях, даруемых известным режимом. Так что еще раз поздравляю с днем рождения и надеюсь, что подарок к оному по-настоящему порадует…

Подарок порадовал. Но далеко не сразу: добравшись до гостиной, вытряхнув на стол содержимое папки и ознакомившись с дарственной на квартиру в некоем жилом комплексе «Акация», я почему-то решил, что этот ЖК ведомственный. И расстроился, ибо жить в нем было бы так же глупо, как и перепродавать. Но меня успокоили. Сначала БИУС, поделившись очередными «разведданными», а затем Уфимцева, посмотрев адрес и уважительно хмыкнула:

— Весенняя набережная, тридцать семь — это самый край Правобережного района. А на противоположном берегу Лады находится Левобережье — центр ночной жизни Новомосковска. Жить в районе, который никогда не спит, мягко выражаясь, некомфортно. А в вашем — одно удовольствие. Поэтому он входит в пятерку престижнейших. Правда, пятым номером, но молодые аристократы вполне заслуженно считают его вторым, а я, по целому ряду причин — первым. И считаю, что вас привязывают. Причем красиво…

— Значит, отказываться от этого подарка не стоит? — преувеличенно серьезно спросил я и приятно удивился вдумчивому ответу: