Читаем Берегитесь Ченов полностью

Крис встает, выглядя как испуганный ребенок, и его отлично можно понять. Рука Энни взлетает и с неумолимой твердостью приземляется на его руку. Она свирепо смотрит на него:

– Ты забыл, что случилось в последний раз, когда ты купился на эту ее чепуху?

Часть меня возмущена тем, что она назвала тай-чи «чепухой». Знаете, это из разряда «я могу называть свою маму сучкой, но ты не смеешь ее так называть». За исключением того, что мне бы никогда, никогда не пришло в голову назвать ма сучкой в реальной жизни, или даже назвать ее так про себя, даже производя диалог в своей собственной голове. Мысль о том, чтобы назвать ее сучкой, заставляет меня поморщиться.

Так, возьми себя в руки и сосредоточься на реальной проблеме. Пока вторая тетя предоставляет нам прекрасную возможность отвлечь Лилиан от ее потенциально отравленной еды, нам нужно действовать, но мы пока что сидим на попе смирно. Ну, ладно, четвертая тетя не сидит. Но я понятия не имею, что именно она планирует делать.

– Здравствуйте, прием, проверка звука, – восклицает вторая тетя, и ее голос гремит, как гром, по огромному обеденному залу. О боже, она поднялась на сцену и схватила микрофон. – Здравствуйте, проверка звука, раз, раз…

– Мы тебя слышим! – рявкает старшая тетя, ее голос звучит почти так же громко, как у второй тети, несмотря на то, что у нее нет микрофона.

– А, он работает? Ладно, хорошо. – Вторая тетя смотрит в зал и, кажется, только в этот момент осознает, что оказалась в центре всеобщего внимания. – Ой.

Она колеблется. Мое сердце так сильно стучит, что, клянусь, кажется, сейчас выпрыгнет прямо мне на тарелку. Она может начать задыхаться. У нее может начаться паника из-за страха сцены, о боже, это будет такой позор…

Но затем на лице второй тети медленно появляется улыбка, и она совершенно неожиданно начинает сиять от радости, как маленький ребенок. Я предполагаю, что это травка все еще дает о себе знать, но вторая тетя выглядит так, будто готова захватить весь мир.

– Ладно! – восклицает она. – Вуху-у-у!

О боже, она реально только что сказала «Вуху-у». Это определенно работа травки. Сколько же ма добавила ее в шампанское?

– Тай-чи! – вскрикивает она. – Мы занимаемся тай-чи!

Ее буквально трясет от эмоционального возбуждения. Я думаю, она всегда очень хотела, чтобы люди занимались с ней тай-чи, а теперь у нее есть целый обеденный зал подопытных кроликов.

– Исходное положение. Вытягиваем руки вот так, а затем как бы поглаживаем гриву дикой лошади. Мы делаем это медленно, лошадь дикая, ее очень легко напугать. О да, вот вы, в первом ряду, очень хорошо делаете. А вот вы, девушка в синем платье, у вас не очень получается.

Я с диким ужасом наблюдаю за этим зрелищем, но потом понимаю, что пришло время что-то предпринять, если вдруг четвертой тете не удастся увести Лилиан в безопасное место. С огромным усилием мне удается оторвать взгляд от шоу второй тети и посмотреть на стол Лилиан. И тут у меня сердце уходит в пятки.

Ее нет за столом. И нигде поблизости тоже. Черт, куда она делась? Я начинаю осматривать зал в ее поисках, в горле у меня моментально образуется ком, но тут вижу четвертую тетю и Лилиан сбоку от сцены. Я выдыхаю с облегчением. Но что они делают? Я пристально смотрю на четвертую тетю, мысленно посылая ей сигнал посмотреть на меня, и тут то ли моя телепатия срабатывает, то ли чудо какое-то случается, но она правда смотрит на меня. Она гордо улыбается, шевелит бровями и склоняет голову набок, глядя на Лилиан, как бы говоря: «Видала, что я сделала? Смотри! Я увела ее!»

Я, в свою очередь, изо всех сил стараюсь взглядом сказать: «Да, отличная работа, четвертая тетя, но что дальше?»

Довольно сложно донести это через весь зал, при этом в полсилы занимаясь тай-чи – вроде, сейчас мы стоим в позе «белый журавль хлопает крыльями».

Четвертая тетя кивает, затем качает головой и произносит целую кучу слов, которые я не могу разобрать по ее губам. Хмуро смотрю на нее, но она начинает произносить их с еще большим усилием. Я качаю головой. Это безнадежно.

И тут мое внимание привлекает чье-то приближение, у меня моментально вся кровь отливает от головы. Это Стафани, и она двигается плавно, бесшумно, как змея, ползущая по траве к своей добыче. Дерьмо. Что она собирается сделать? Они что, поняли, что вся эта история с тай-чи просто уловка, чтобы мы могли выиграть побольше времени для спасения Лилиан?

– Ма, – шепчу я. Ма делает позу «отражающей обезьяны» с большой концентрацией, хотя ее сильно шатает.

Она поднимает глаза, и я киваю головой в сторону Стафани. Ее губы сжимаются в тонкую линию, и она бочком подбирается к старшей тете. Они вдвоем шепчутся друг с другом и тихо выходят из-за стола.

– Скажи мне, что происходит, умоляю? – тихо говорит Нейтан.

Но я даже не смотрю на него.

– Я… пожалуйста, просто дай мне сосредоточиться.