Читаем Белый полностью

– Римма очень талантлива. Очень! Она играла в школьных спектаклях, потом окончила театральное училище и некоторое время работала в местном драмтеатре. Она мечтала о большом кино, но это стало несбыточной мечтой. Ее родители пили и нуждались в постоянном внимании, а жених – тот самый Витольд – любил и не хотел отпускать ее от себя. Ни денег, ни возможности уехать в Москву у Риммы не было. И тогда она решила занять чужое место. Не пробиваться, не начинать все сначала, с первых шагов, а просто сразу стать знаменитой и всеми любимой Мариной Кравец. Она пронюхала, что Марина каждое лето инкогнито приезжает в свой любимый Крым отдыхать. Узнала, что Кравец снимает недорогую лачужку на берегу моря и наслаждается морем, солнцем и одиночеством. Никто никогда не догадался бы, что звезда такого масштаба, как Марина Кравец, отдыхает таким образом. Даже журналисты об этом не знали. Но у Риммы было много талантов, в том числе и талант детектива. Да, у нее имелся бо-ольшой талант детектива, нюх ищейки и способности великой авантюристки!

Для начала она решила похоронить себя. Актриска местного театра подстроила так, что ее ближайшая подруга попала в автокатастрофу с документами Риммы Ромм и в ее одежде. Авария получилась страшная, машина сгорела, тело хоронили в закрытом гробу. У Риммы появилась могила.

Теперь ей предстояло убить Марину Кравец так, чтобы никто не опознал ее, и занять место великой актрисы.

– Это сказки, – перебила его Марина. – Кто ты такой, чтобы рассказывать мне небылицы?! – Она закурила. Руки дрожали, и пламя с трудом приладилось к сигарете.

– Я очень любил Марину, – мрачно ответил Гамлет. – Так любил, что вся моя жизнь имела смысл только потому, что она живет, дышит и бесподобно играет в кино… Я любил ее улыбку, ее мимику, ее жесты… Она была моим кумиром, моим идеалом. Я коллекционировал все ее фильмы, все статьи о ней, все фотографии. Я знал о ней больше, чем она сама! Когда стало известно, что со скалы сорвалась неизвестная женщина, я первым приехал на место происшествия! И догадался, что это она… Я понял, что ее кто-то убил. Начал раскапывать эту историю, вышел через свидетелей на Римму, но главное – нашел на скале кольцо с разоблачающей гравировкой. Наверное, оно сорвалось с пальца в пылу борьбы.

– Копать он начал, копатель, – усмехнулась Марина. – Кольцо он нашел! Слушай, я хочу выпить. Я, Марина Кравец, которую ты так беззаветно любишь, хочу выпить три бокала мартини.

– У Марины на щиколотке левой ноги была родинка в виде звездочки, – тяжело вздохнул Гамлет.

Марина Викторовна вскинула левую ногу ему на колено и, задрав брючину, продемонстрировала на щиколотке маленькую темную звездочку.

– В каком салоне делала татуировку? – усмехнулся он.

Марина сдернула ногу и завела машину.

– А знаешь, какие есть два главных доказательства, что ты не Марина, а Римма?

– Какие? – рассеянно спросила Марина, нажимая на газ.

– Первое доказательство – то, что ты хочешь выкупить у меня кольцо. Второе – то, что ты прибежала в бухту Дьявола и не поленилась залезть на скалу, чтобы отыскать следы преступления двухлетней давности!

– Об этих доказательствах известно только тебе, – усмехнулась Марина. – Ты же не побежишь с ними в милицию? И потом, кто там тебе поверит, мальчишка!

– Поверят, – засмеялся Гамлет. – Ты даже не представляешь, как мне там поверят! Куда ты меня везешь?

– Убивать, – Марина Викторовна глубоко затянулась и прибавила газу.

Стрелка на спидометре скакнула со ста на сто двадцать.

Гамлет громко захохотал, широко открыв молодую, белозубую пасть.

– Тогда гони в «Сакуру»! – крикнул он. – Это самое лучшее место, чтобы прикончить меня!

В «Сакуре» опять оказалось немноголюдно.

Они заняли свой прежний столик в закутке, скрытый от посторонних глаз широкой колонной.

Принесли мартини, пиво и четыре бисквита, посыпанных кокосовой стружкой.

– Я не заказывала бисквиты, – поморщилась Марина Викторовна.

– Зато я заказывал! – улыбнувшись, Гамлет, взял с блюда одно пирожное и поднес к ее губам. – Ешь!

– Я ненавижу кокос! – Марина отшатнулась и выбила бисквит из его рук.

– Конечно, ненавидишь, – прошептал, наклонившись к ней, Гамлет. – Я видел медицинскую карту Риммы Ромм, у нее аллергия на все кокосовое! Даже на заменители вкуса.

Марина Викторовна залпом выпила мартини.

Один бокал, второй, третий…

Тепло от желудка пошло к голове и ногам. Стало хорошо. Страх ушел. От паники не осталось и следа. Она засмеялась своим серебряным смехом, который так любили ее поклонники.

– Он видел медицинскую карту Риммы Ромм! Ха-ха-ха! Да кто ты такой, чтобы тебе ее показывали?! Кто! Ты! Такой?!

Она выплеснула кружку пива ему в лицо.

Как бы она хотела, чтобы это было не пиво, а соляная кислота!

Его рубашка намокла, волосы слиплись, а лицо стало жалким.

Этого оказалось достаточно, чтобы почувствовать себя победительницей.

Марина схватила с блюда пирожное и тоже швырнула ему в лицо.