Читаем Белый странник полностью

Все вышли во двор и стали готовить похороны. Они носили дрова молча, никто не проронил ни слова. Все работали самоотверженно и по возможности быстро. Жители деревни вышли за ограду, и молча наблюдали за ними, боясь подойти. За два часа до рассвета все четыре гроба стояли на месте сожжения. Новах и Кирилл попрощались с детьми, и Кирилл, взяв факел у одного из учеников, поджог дрова, на которых стояли гробы его любимых детей. Огонь с жадностью стал поедать дрова, и через полчаса в ревущем пламени невозможно было разглядеть то, что когда-то было гробом. Пламя неистово ревело, словно и оно понимало горе людей, которые стояли перед ним, провожая тех, кого оно должно унести в мир мертвых. Оно тоже плакало, но только плач его был похож на рев обезумевшего от горя огромного зверя. Свет от погребальных костров осветил траурным светом стены, окружающие деревню. Жители которой стояли у ворот, но не посмели идти к дому, в котором хоронили погибших ни в чем не повинных детей. У муж- чин катились по щекам слезы, они молча смотрели на результат своего преступления, и каждый из них готов был прыгнуть в этот огонь, лишь бы это помогло все исправить. Но все было так как было, и осталось лишь угрызение той самой совести, которая спа- ла при вынесении решения о предательстве. Костры погасли почти одновременно, Кирилл стоял еще долго. Он ждал когда встанет солнце, с первыми лучами солнца, которое просыпалось с большой неохотой, он стал собирать пепел в урны. Ему помогал Новах и остальные ученики. Когда все было готово, Кирилл взял урну, в которой был прах Ании, и пошел к реке. Все остальные последовали за ним, неся с собой урны. Кирилл подошел к воде, посмотрел на нее, и высыпал прах в реку. Река, как мать, приняла прах ребенка. Вода приняла форму ладоней человека, и унесла прах с собой. Все ученики были поражены таким поведением Кирилла, и тем более реки. Потом Кирилл велел разжечь костер на берегу. Сам же голыми руками выкопал небольшую ямку, недалеко от воды, и высыпал в нее прах Нилеи. Земля тоже не осталась безучастна к горю человека. Прямо на глазах у людей, на месте где, было небольшое углубление в земле, появились прекрасные цветы, что еще больше удивило присутствующих при этом учеников. Кирилл взял в руки урну с прахом Манилы. Ветер тут же примчался за своей подопечной. Он, подхватив прах ребенка, унес его в небо. У костра Кирилл стоял долго и смотрел на пламя, он вспоминал тот момент, когда Стартус в первый раз напугал его, играя с пламенем огня, а сейчас это пламя должно разлучить их с сыном. Кирилл высыпал прах сына в огонь, и ничего не произошло, все удивленно приблизились к костру, желая увидеть еще одно чудо, но чуда все не происходило. Кирилл насторожился, и в этот момент огромный столп огня рва- нулся к небу. Он так сильно осветил всех собравшихся, что они закрыли глаза руками, отшатнувшись назад. Потом пламя погасло вовсе, оставив дымящиеся головешки, как напоминание о том, что Стартус ушел.

– А ты все шалишь сынок, все пугаешь своего отца. – Кирилл удивился тому, что последние мысли прозвучали в словах и добавил:

– Мир вам, дети мои, и пусть вас берегут ваши стихии, прощайте мои родные.

Кирилл сидел на крыльце своего дома и смотрел на небо, он не хотел опускать взгляд на землю. Там были напоминания о его горе. Но все-таки он посмотрел, он посмотрел в сторону реки и увидел идущего к его дому человека. Тело человека было скрыто под угольно черным плащом, на голове его был капюшон, который свисал на лицо, скры- вая его. В руке человек держал посох, странный посох. Он был выше роста человека и

был ярко белый, как снег в солнечный зимний день, посох искрился. По фигуре Кирилл определил в этом человеке женщину и сразу понял, кто эта женщина есть. Ученики тоже увидели странную женщину, и вышли ей навстречу, преградив путь. Кирилл, вскочил как ужаленный, и крикнул им:

Назад, всем назад. Отойдите подальше и не подходите к ней, чтобы не случилось, не подходите к ней, я приказываю вам.

Ничего не понимающие ученики отошли в дальний угол двора и стали наблюдать за тем, что же должно произойти, а женщина в черном плаще подошла к Кириллу и, став напротив него, подняла голову. Черты ее лица удивили Кирилла, она была красива. Только кожа была слишком бледной, он сел на крыльцо и сказал спокойно:

Ну вот и мой час пришел, только не тяни, прошу.

Не твой час и не за тобой я пришла, я только что провела твоих детей в мир, где им будет легче. – Голос этой молодой женщины был похож на звон хрусталя. В нем не было ничего пугающего. Кирилл сидел, удивленный этим, и молчал.

А ты, удивлен моему приходу я вижу?

Я удивлен, что ты красивая и без косы. И голос у тебя странно приятный.

Кирилл не скрывал своего удивления, он устал жить и хотел идти за своими детьми.

Женщина поняла его мысли и сказала с печальной улыбкой.