Читаем Белая Кость полностью

Святейший отец прочёл молитву на церковном языке и закончил её ослиным рёвом.

Рэн стиснул зубы и почувствовал, как лицо стянула нервная гримаса. Его учитель географии Тадеска, будучи сыном священника, получил образование в закрытом учебном заведении, где учились дети религиозных служителей. Молодой духовный наставник не пошёл по стопам отца — променял тихий монастырь на ветер странствий. Он-то и занёс путешественника в Дизарну. Тадеска рассказывал Рэну о религиях и верованиях разных народов. Зная церковный язык, перевёл тексты самых странных духовных песнопений, которые завершались рёвом осла или криком петуха из уст священника. Тогда это казалось Рэну смешным, сейчас — оскорбительным.

— Можно заменить молитву? — спросил он.

— Чем вам не нравится эта молитва? — опешил Святейший отец.

— Я не понимаю, как можно в такой торжественный момент восхвалять ослиный труд и восхищаться смирением, с каким животное сносит побои.

— Вы знаете церковный язык?

— Я знаю перевод молитвы про осла.

— Это одно из важнейших духовных песнопений, — упирался Святейший отец. — Осёл — символ мудрости, терпеливости и скромности.

— Найдите другую молитву! — настаивал Рэн. — О мудрости, терпеливости и скромности, но без осла.

— В священных землях, откуда пришла к нам истинная вера…

— Коронация состоится завтра, — перебил Рэн. — Но вопрос в том, будете ли вы на ней присутствовать? Раньше короля короновал представитель древнейшей фамилии королевства. Я могу вернуть старую традицию. Думаю, что лорды будут только рады.

— Я прочту другую молитву, — вымолвил Святейший отец и со словами «венчаю нашего короля на долгое царствие и связываю с богом» возложил на голову Рэна широкий золотой обруч, усыпанный драгоценными камнями.

Хранитель печати протянул серебряный поднос с лежащим на нём золотым перстнем, оттиск которого скоро появится на королевских указах и предписаниях.

— Передаю нашему королю печать, придающую его мудрым решениям законную силу, — подобно колоколу прозвучал его голос.

Рэн взял печать, и дворяне вновь нахмурились. Перстень соскальзывал с безымянного пальца и не налезал на средний. Распорядитель церемонии предложил вызвать золотых дел мастера и подогнать печать по размеру. Но Рэн отказался и надел перстень на указательный палец.

Со словами «вверяю нашему королю абсолютное право влиять на судьбы и события» Хранитель сокровищницы вручил ему длинное копьё с золотым наконечником и треугольный щит, окантованный золотом.

Держать символы кары и защиты сидя и при этом сохранять величественную осанку — оказалось непросто. Рэн придвинулся к краю сиденья и согнул в локтях руки, распределяя напряжение мышц по всему телу. В такой позе ему предстояло провести час или два, пока дворяне не пройдут мимо него чередой, целуя перстень и прикасаясь лбом к щиту и копью. Таков был ритуал принесения клятвы верности, после которого лорды становились вассалами короля.

— Вам необходимо что-то сказать подданным, — напомнил Святейший отец. — Продумайте короткую, но ёмкую речь.

Рэн вернул Хранителям атрибуты верховной власти и откинулся на спинку королевского кресла. Участники церемонии направились к выходу из зала. Слуги опустили люстры, заменили оплывшие свечи новыми, но поднимать люстры не стали, и они висели на длинных цепях над самым полом тёмными кольцами.

Наконец Рэн остался один. Вслушиваясь в пустынную тишину пока что чужого дома, пробежался взглядом по окнам, затянутым белой пеленой снегопада. Казалось, что зима вознамерилась замести всё, что было до этой минуты. Рэн пытался думать о будущем, таком же чистом и светлом, как этот снег, однако мысли упорно возвращались к разговору с матерью.

В уплату за свою помощь Киаран Айвиль запросил должность коннетабля королевской гвардии, в чьи обязанности входит охрана Фамальского замка, его многочисленных обитателей и гостей. Рэн хотел усложнить ему задачу: сократить количество гвардейцев с двух тысяч до сотни, а оставшихся не у дел воинов отправить в королевские крепости, разбросанные по всей стране. Но передумал. Фамальский замок был огромным, без фортификационных линий обороны, с подземным лабиринтом, в котором разбирался только потомственный Хранитель подземелья. Ходов великое множество, у каждого должен стоять караул. И столица была огромной. Рэну никто не смог сказать, сколько человек живёт в Фамале. В истории некоторых королевств были известны случаи вероломства недовольных лордов. Они подговаривали или подкупали горожан, и те захватывали и более укреплённые крепости. Королям удавалось сбежать, но их башни были разворованы и осквернены. Рэн надеялся, что сия чаша его минует, однако был обязан предусмотреть всё.