Читаем Белая богиня полностью

Поклонение Священному Младенцу было принято на Крите минойской эры, самом знаменитом из древних поселений в Европе. В 1903 году на месте храма Диктейского Зевса (того Зевса, что каждый год рождался в пещере Реи в Дикте близ Кносса, где Пифагор провел "трижды девять священных дней и ночей" своей инициации) был обнаружен греческий гимн, по-видимому, сохранивший оригинальную минойскую формулу, которой посыпанные гипсовой пылью пляшущие с мечами куреты, или наставники, приветствовали Младенца во время праздника, посвященного его рождению. В ней его называют "кронидом", который каждый год приезжает в Дикт на свинье в сопровождении толпы духов, и просят о мире и благополучии в обмен на радостные прыжки. В "Поэтической астрономии" Гигина говорится, что созвездием Козерога[170] был молочный брат Зевса — Эгипан, сын козы Амалфеи, чей рог Зевс также поместил среди звезд, и это подтверждает, что Зевс был рожден посреди зимы, когда солнце входит в созвездие Козерога. Дата уточнена альтернативной версией мифа, будто Зевса выкормила свинья (очевидно, та, на спине которой он приехал в Дикт), поскольку в Египте мясо и молоко свиньи разрешалось есть только во время праздника середины зимы. То, что солнечные боги Дионис, Аполлон, Митра были также рождены во время зимнего солнцестояния, хорошо известно, и христианская Церковь поначалу, в 273 году нашей эры, установила праздник Рождества в этот день. Век спустя святой Хрисостом говорил, что это было сделано намеренно, чтобы "пока язычники занимались своими обрядами, христиане могли без помех отправить свои", однако подтвердил, что этот день годился для "Солнца Праведности". Еще одно подтверждение этой даты рождения Зевса заключается в том, что Зевс был сыном Крона, которого мы с уверенностью отождествили с Феарном, или Браном, богом F-месяца в "Beth-Luis-Nion". Если отсчитать назад 280 дней от зимнего солнцестояния, то есть десять месяцев "Beth-Luis-Nion"-календаря — нормальный период женской беременности, — то мы вернемся к первому дню месяца "Fearn". (Точно так же, отсчитав 280 дней вперед от зимнего солнцестояния, мы придем к первому дню месяца "Gort, посвященного Дионису. Дионис как бог виноградной лозы и плюща, противопоставленный солнечному богу, был сыном Зевса.) Кухулин родился, потому что его мать проглотила муху, однако в Ирландии эти мухи-однодневки, хотя и зовутся "майские мухи", часто появляются в конце марта, так что и он родился, вероятно, в середине зимы.

Душа Хлева улетает в виде орла, как душа Геракла, и сидит на дубе. Такой апофеоз в традиции древних королей. Души менее важных людей могли улетать в виде белых птиц или золотых бабочек, но душа священного короля имела крылья орла или царственного грифона Орлы с головами льва изображались на печатях на минойском Крите. Тому, что император Август, когда умер, перенесся на небо и стал первым божеством римской империи, придавалось огромное политическое значение, поэтому римляне, которые клялись, что видели, как душа императора орлом взлетела ввысь, были щедро вознаграждены Ливией, вдовой Августа. Ганимед в ранней легенде был фригийским царевичем, поднявшимся на небо в виде орла, а не принесенным орлом, чтобы стать Зевсовым виночерпием, как в версии, близкой сердцам гомосексуалистов. Похоже, что, подобно критскому Дионису, сыну Зевса, Икару, сыну Дедала, Фаэтону, сыну Аполлона[171], Асклепию, сыну Аполлона, Демофонту, сыну Келея, Меликерту, сыну Афаманта, Мермеру и Феру, сыновьям Ясона, Гверну, сыну Матолуха, Исааку, сыну Авраама, и многим другим несчастливым царевичам и принцам, Ганимед, сын Троса, был одарен одним днем царствования, а потом сожжен[172]. Как я уже показывал в случае с Пелеем, Фетидой и Ахиллом, пеласгийский священный царь минойского типа не мог оставаться царем дольше положенных ему по закону ста месяцев, но он мог стать преемником сына, который пребывал царем всего один день, не входивший как часть в год. В течение этого дня царствования его сына, если судить по истории Афаманта, старый царь делал вид, будто умер, и ел то, что предназначалось для мертвых, а как только день заканчивался, он начинал править заново, женившись на своей невестке, поскольку трон наследовался по женской линии. Когда правление царя было растянуто на сто месяцев, старый царь продлевал его еще, похищая ближайшую наследницу, которая теоретически была его собственной дочерью, как в случае царя Кинира с Кипра. Истории Секста Тарквиния и Лукреции, Давида и Беф-Саны, Мата и Арианрод должны быть прочитаны с этой точки зрения.