Читаем Беглая полностью

— Ты обязана любить своего повелителя. Это твой долг.

Я нарочито усмехнулась. Покачала головой:

— Ты мне не повелитель. — Будто что-то пьянящее ударило в мозг. — Я не твоя жена, не невеста, и не одна из твоих Теней. Так кто я? Я просто пленница, которую ты похитил, не имея на это никаких прав. Я не обязана тебя любить. И у меня нет перед тобой долгов.

Он приблизился еще на шаг. Я видела, как потемнели его глаза, чувствовала осязаемую энергию, исходящую от него. Казалось, она гудела, касаясь моей кожи, разливалась по телу, впитывалась вместе с его запахом. Отравляла. Я уже знала это кошмарное чувство. Расстояние между нами неумолимо сокращалось, и я все же попятилась, пока очень быстро не уперлась в стену. В этой маленькой комнате даже отступать было некуда. Саркар очень скоро нагнал меня, и его рука железным ободом сковала талию. Пальцы впились в подбородок, с нажимом прошлись по губам.

Он склонился к самому лицу:

— Я наследный принц Астора. Будущий правитель Нагурната и всего Красного Пути.

Его дыхание обжигало щеку, и мое тело слабело. На миг показалось, что ноги вот-вот подкосятся. Все повторялось, словно я попадала в какую-то кошмарную параллельную реальность, в которой чувства обострялись, искажались. Я готова была рыдать от отчаяния.

— Дикие порядки скоро будут повсеместно истреблены. И станет так, как должно быть. Женщины займут то место, которое и должны занимать. Эйдена это тоже коснется. Я лишь предвосхитил события. Женщина ничто сама по себе. Она обретает вес лишь тогда, когда принадлежит мужчине.

Его губы коснулись моего виска, лениво поползли ниже. Я дернулась, когда он лизнул кожу самым кончиком языка, резко вздохнула, чувствуя, как зажгло между ног, и томительная ломота отдалась в бедра. Я уперлась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть. Знала, что бесполезно, но это было жестом отчаяния. Вся моя бравада испарялась от его касаний. Он будто насмехался надо мной, давая понять, насколько я не права.

Я вновь со всей силой толкнула его в грудь:

— Не трогай меня!

Его горячая рука скользнула по бедру, задирая кружевной халат. Я хотела скрестить ноги, но он не позволил. Пальцы уже касались нестерпимо ноющей точки, заставляя меня судорожно вздохнуть. Несколько одуряющих движений — и преступное бездействие, от которого я на мгновения впала в непостижимую растерянность. Он уловил это. И я тут же почувствовала, как в меня толкается палец. Еще и еще. Медленно и мучительно, запуская по телу томительные волны.

Саркар склонился к моим губам:

— Ты мокрая, как ни одна из моих Теней. Ты хочешь меня так, что еще пара движений — и ты кончишь. И ты все еще пытаешься меня оттолкнуть, дикарка?

Я собрала последние силы и вновь толкнула его в грудь, но жест вышел настолько жалким, что он его даже не почувствовал. Палец во мне заходил интенсивнее, другой помогал сверху… И я готова была умереть.

Саркар был прав: еще несколько движений — и я уже судорожно ловила ртом воздух и хваталась за его рубашку. Стиснула зубы, чтобы только не застонать.

— Что ты сделал? Скажи! Чем меня отравили? Я хочу знать!

Он казался искренне удивленным. Даже отстранился:

— Что?

— Будь хотя бы честен! Или асторский наследник не знает, что это такое? Чем ты отравил меня? Пища? Вода? Воздух? — Я тронула свой халат: — Или эта одежда? Что ты приказал отравить?

Он поднял бровь:

— Отравить? Зачем? Я не собираюсь избавляться от тебя.

— Издеваешься?

Он качнул головой:

— Не понимаю, что ты имеешь в виду. И хочу объяснений.

Я не знала, как сказать. Потому что, озвучив, я невольно признаюсь. Но это озвучание было лишь формальностью. Он прекрасно видел, как реагировало мое тело. Видел… И это уже не изменить. Так пусть имеет смелость признаться!

Я сцепила зубы:

— Чем ты отравил меня, чтобы мое тело так реагировало?

Он усмехнулся, глаза кольнули искрой.

— Как «так»?

Я молчала.

Он всем корпусом прижал меня к стене, и я чувствовала, как каменная плоть упирается в мой живот. И внутри преступно ухнуло от предвкушения. В горле пересохло. Я мучительно хотела, чтобы он скорее вошел в меня. Между ног вновь запекло, в животе скрутило узлом. Может, все же это его одежда? Его духи или что-то еще?

Он коснулся моей груди, сжал твердый сосок и покрутил:

— Как «так»? Говори!

Тело прошило острым разрядом. Саркар стащил с моих плеч халат и приподнял меня, разведя ноги. Обхватил сосок губами и ощутимо прикусил.

— Говори! Ты хочешь меня и не находишь этому объяснения? Так?

Я сглотнула:

— Так.

Я горела. А от этого признания меня бросило в пот.

Саркар не выпустил меня. Я лишь услышала, что он расстегнул штаны, и долгожданный член уже терся между ног. Наконец, толкнулся внутрь, медленно заполняя. И я почувствовала что-то вроде сиюминутного ликования. Секунда ненормального абсолютного счастья.

Он перехватил меня под колени и медленно толкнулся. Я шумно вдохнула, чувствуя, как по телу разливается едва уловимая сладость. Еще и еще. Но, вдруг, он остановился. Смотрел прямо в глаза. А я не могла отвести взгляд от его потемневших глаз, в которых блуждали лихорадочные острые искры.

— Ты думаешь, что тебя отравили?