Читаем Батый заплатит кровью! полностью

Иванко сел на стул, положив на стол свои пудовые кулаки.

— Нужно повсюду разослать гонцов, дабы известить население Торжка и беженцев, чтобы никто из них не пытался заливать водой негасимое пламя, — после краткого раздумья сказал посадник. — Сей же час выслать людей с кирками и заступами, с санями и лошадьми в те места, где горожане добывают песок на свои нужды. Изъять все бочки и ушаты у местных бондарей, расставить их возле нетронутых огнём домов и доверху наполнить песком. Можно просто насыпать песок кучами близ теремов и заборов, коль бочек не станет хватать. Погорельцев отправлять на мой двор и на подворье княжеского наместника, там многих приютить можно.

— Тиун Гудимир и так возмущается, что терем наместника битком набит беженцами, которые расхищают припасы его господина, — негромко заметил посаднику Яким Влункович.

— Плевать мне на его возмущения! — сердито отрезал Иванко. — С Гудимиром у меня особый разговор будет. Дошло до меня, что этот сучий сын в ночные караулы заступать отказывается. Пора ему показать, кто ныне в Торжке хозяин!

Иванко в сердцах грохнул по столу тяжёлым кулаком.

Совет ещё не закончился, когда в светлицу вбежал запыхавшийся воин, сообщивший о потухшем бумажном фонаре, упавшем в Бондарном переулке.

— Что там, пожар иль кого-то убило стальными колючками? — обратился к гонцу Яким Влункович.

— В том-то и дело, что ничего не вспыхнуло и никого не убило, — ответил молодой ратник, комкая в руках тёплые рукавицы. — Горшок, привязанный к бумажному шару, не взорвался. Лежит сей горшок в переулке возле дома бондаря Кудима, и шар бумажный там же валяется. Кудим велел мне доложить об этом посаднику. Вот я и прибежал сюда со всех ног.

— Молодец! — промолвил Иванко, подходя к гонцу. — Правильно сделал. Вот, тебе за это награда. — Посадник протянул воину серебряную монету. — Сейчас с тобой пойдёт вот этот десятник, ты укажешь ему, где упал горшок басурманский. — Иванко указал гонцу на Тереха. — Все приказания этого десятника исполняй беспрекословно и будь всё время с ним. Уразумел?

Гонец молча кивнул.

— А ты, друже, будь там поосторожнее с этим дьявольским сосудом, — повернулся к Тереху Иванко. — Тебе надлежит выяснить, почто эта хреновина не взорвалась и вообще, что там у неё внутри напихано. Может, и нам удастся такое же смертоносное зелье сварганить.

— Вот было бы здорово! — невольно вырвалось у боярина Жердяты.

Терех облачился в полушубок, нахлобучил на голову собачий треух. Он двинулся к двери, коротко бросив гонцу: «Ну, пошли!»

Воеводы почтительно расступились, уступая дорогу Тереху. В их глазах Терех обрёл некий ореол знатока многих татарских хитростей. От него все ждали чуть ли не чуда, ведь не разорвавшийся при падении горшок таил в себе смертоносный заряд, состав которого наверняка находится у татар под величайшим секретом. Открытие этого секрета могло дать русичам возможность использовать взрывоопасное зелье с таким же успехом и против Батыевой орды.

Бодро шагая по хрустящему мартовскому снегу, Терех терзался невесёлыми мыслями. Ему совсем было не по душе возиться с летающими бумажными фонарями, тем более с сосудами, внутри которых содержится такая гремучая смесь, которая может изжарить его заживо или изрешетить раскалёнными искрами. Тереху казалось, что Иванко отправил его на заведомо гиблое дело.

«Вскрыть этот басурманский горшок — это не яблоко разрезать! — мысленно негодовал Терех. — Почто я должен этим заниматься?! Я же ни черта в сих проклятых горшках не кумекаю!»

Сказать такое в глаза Иванко, да ещё в присутствии почти всех военачальников, Терех не осмелился, опасаясь прослыть трусом и утратить доверие к себе посадника и тысяцкого.

До Бондарного переулка Терех и его попутчик добрались довольно быстро. В пути Терех то и дело глядел в небо, где на фоне белых облаков маячили светящиеся шары с привязанными к ним снизу небольшими сосудами. Южный ветер гнал эти шары к Торжку со стороны татарских становищ.

На месте падения бумажного фонаря кучкой стояли любопытные, несколько мужчин и женщин.

— Эй, люди добрые, расходитесь отсель! — крикнул Терех. — Стоять вблизи от басурманского сосуда опасно! Где этот чёртов горшок?

Горожане раздались в стороны, отступив к частоколу и стенам домов. На истоптанном снегу лежал лишь бумажный шар, а никакого сосуда не было и в помине. Кто-то сказал, что круглый горшок, привязанный верёвкой к потухшему летучему фонарю, унёс в свою мастерскую бондарь Кудим. «Ему не терпится посмотреть, что спрятано внутри сего басурманского сосуда, — раздался чей-то насмешливый голос. — Кудим до чужих секретов всегда был ба-альшой охотник!»

— Вот, дурень! — воскликнул Терех, метнувшись со всех ног к воротам Кудимова дома.

В первую очередь Терех испугался за жизнь жены и детей Кудима, но, к счастью, оказалось, что тех нет дома.