— Предположим, твоя подружка смогла как-то добраться до этих документов, — буркнул Бертран. — А что дальше? Ни за что не поверю, что она умеет читать.

— А Бекс и не умеет, — тут же ответила Трикси. — Но у нее очень хорошая память. Когда господин Бюжо зачитывал список своей супруге, Ребекка его хорошо запомнила. Он, кстати, довольно длинный.

Я пока не знал, зачем мне эта информация, но поощрить девушку нужно было обязательно.

— Хорошо, — не унимался Бертран. — Допустим, у твоей Бекс хорошая память и она способна запоминать длинные списки. А как тогда прикажешь быть с тобой? Или у тебя тоже хорошая память?

— Нет, — замотала она головой и хитро усмехнулась. — Память у меня не очень. Особенно на имена. Поэтому я их просто переписала. Вот…

Сказав это, она победно вручила мне небольшой лист бумаги, густо исписанный торопливым женским почерком.

Лицо старика удивленно вытянулось. Я же не удержался и хохотнул.

— Мой батюшка был кузнецом и был обучен грамоте, — объяснила девушка. — Вот он меня и обучил. А я уже передаю эту науку моим младшим братьям и сестрам.

— Старина, — обратился я к Бертрану. — Думаю, десяти оболов будет маловато за такую работу. Добавь еще пять медяков.

Старик недовольно кивнул и начал отсчитывать монеты. При этом он очень смешно насупился и периодически зло посапывал, чем заработал еще одну мою усмешку.

Когда Трикси, получив деньги, довольная собой выпорхнула из нашего жилища, я протянул список Бертрану:

— Мне пока не очень понятно, зачем нам эта информация, но лишней она точно не будет. Взгляни, может тебе кто-то знаком из этого списка.

Старик молча взял лист бумаги и начал читать.

— Как курица лапой, — пробурчал он, качая головой. Ну хоть тут он смог отыграться.

Все это время я внимательно следил за его мимикой. Бертран был спокоен ровно до того момента, пока не перевернул лист и не прочитал верхнюю строчку.

Его глаза расширились. Он повернул голову в мою сторону.

— Что там старина? — подался я вперед.

— Вот уж не ожидал такое увидеть, — озадаченно произнес старик. — Если я не ошибаюсь, а я не ошибаюсь. В теневой патруль призвали старшего сына господина Вебера.

— Напомни-ка мне, кто у нас господин Вебер?

— Торговый дом «Вебер и сыновья», — ответил Бертран. — Леон Вебер — очень богатый человек. Думаю, он самый богатый в Абвиле. Он даже несколько раз вел дела с вашим дедом. Видимо, кому-то там наверху перешел дорожку. Кому-то очень влиятельному…

— Ну, — пожал плечами я. — Наймет какого-нибудь головореза и отправит вместо сына…

Совершенно бесполезная информация.

А спустя мгновение меня словно молнией шарахнуло. Ну, конечно! Леон Вебер! Большая часть долговых расписок, что лежали у меня на столе, были подписаны этим именем. Выходит, он самый главный кредитор Макса, а с некоторых пор — уже и мой.

Мои мысли тут же понеслись вскачь. В голове начала вырисовываться любопытная картинка…

Глава 8

Следующие несколько дней прошли в однообразном режиме. Я ел, спал, снова ел и снова спал. А еще медитировал, стараясь ускорить процесс выздоровления моего нового тела, которое, должен заметить, находилось в довольно запущенном состоянии.

И дело даже не в смертельном ранении. Нет. Физическая форма Макса, мягко скажем, удручала. И это не удивительно. Если верить рассказам Бертрана, мой двойник совершенно наплевательски относился к своему телу. Если так посмотреть, только вырвавшись на «свободу» и оказавшись далеко от отчего дома, он по-настоящему стал самим собой: азартные игры, море алкоголя, шлюхи и постоянный кутеж — вот, что было нужно Максу.

Я, с детства привыкший к жесткой дисциплине, тренировкам и тяжелому труду, был полной противоположностью этого парня. Видимо, именно поэтому слияние моего энергетического тела с физической оболочкой этого болвана проходило очень медленно.

Парадокс — Макс наверняка уже давно переродился в одном из миров мультивселенной и сейчас спокойно развивался в теле какого-нибудь карапуза, но осколки его памяти продолжали жить в теле, которое досталось мне, всячески мешая мне взять этот кусок дряблой и ленивой плоти под полный контроль. Это меня здорово бесило, но я не сдавался и шаг за шагом шел к поставленной цели.

Помогали ежедневные манипуляции с энергией. Я черпал ее из источника, а затем, сформировав в небольшой сгусток, прогонял ее по всем каналам. Процесс этот был довольно сложным и энергоемким. Мало того, что объем источника находился практически в зачаточном состоянии, так еще и каналы словно оголодавшие пиявки высасывали из меня все соки. В общем, энергетический сгусток, двигаясь по энергоканалам, «жил» недолго. И это еще мягко сказано.

Это как маленьким снежком провести по раскаленному стальному листу — снежок испарялся в считанные секунды, после чего приходилось снова ждать целые сутки, пока в источнике не наберется приемлемое количество энергии.