Читаем Башня полностью

– Вы об этом, видимо, знаете больше любого другого, – сказал он, но продолжать не стал. Это явно звучало как обвинение.

Первой реакцией Ната было раздражение, которое он с трудом подавил, но потом он сказал, медленно и осторожно:

– Я начинаю кое-что понимать и видеть кое-какие связи, но они вам ничем не помогут.

Браун подошел к окну трейлера и посмотрел через него вверх.

– Если бы она не была так чудовищно высока! – В его голосе была ярость, бессильная ярость. Он отвернулся от окна. – Черт бы вас побрал, что вы этим хотели доказать?

– Хороший вопрос, – медленно ответил Нат. – Но ответа я не знаю.

– Я думаю, что мы перехитрили сами себя, – сказал Браун. – Понимаете, что я имею в виду?

Он подошел к стулу и неловко плюхнулся на него, грустный, беспомощный, сердитый:

– Знаете, я, например, родился и вырос в одном небольшом городке на севере штата Нью-Йорк. Самое высокое здание в округе было в два этажа, если не считать террасы на крыше; нет, самым высоким был четырехэтажный отель «Эмпайр стейт» в окружном центре. Там были реки и в них была рыба. До сих пор у меня на губах вкус воды из нашего колодца.

Нат кивнул:

– Я понимаю, о чем вы думаете.

– Когда заболел мой дед, ему было около восьмидесяти. Доктор пришел ночью и оставался с ним до полудня, пока дед не умер. – Он развел крупные костлявые руки.

– Так это было когда-то. Человек рождался, жил и умирал. И тогда случались катастрофы, разумеется были и болезни, которые сегодня научились лечить и перед которыми тогда были бессильны. Но не было стодвадцатипятиэтажных зданий, как и многого другого.

По ступенькам трейлера поднялся Гиддингс. Лицо его было покрыто копотью, синие глаза пылали гневом.

– Дядюшке моей жены, – продолжал Браун, как будто не замечая Гиддингса, – под девяносто. Он в больнице. Не будем о том, во что это обходится. Не слышит, не видит и вообще не знает, что происходит вокруг. Кормят его через трубочку, и вот он лежит, еще дышит, сердце бьется, почки и внутренности еще работают. Так он лежит уже три месяца. Врачи могут поддержать его жизнь, если.. это можно так назвать, но не могут дать ему спокойно умереть. Мы стали слишком умными, и это не идет нам на пользу.

– Тут я с вами согласен, – поддакнул Нат, выжидательно глядя на Гиддингса.

– Может быть да, может быть нет, – заметил Гиддингс.

– Лично я думаю, что не слишком. Мы понятия не имеем, что происходит наверху, в лифтовых шахтах. Там дикая, адская жара, это мы знаем. Могли деформироваться направляющие. – Он пожал плечами. – Могло полететь что угодно, все могло случиться. Нужно было приказать им спускаться по лестницам.

Браун напомнил:

– Двери не открываются.

– Так надо было разбить эти чертовы двери!

Нат сказал:

– Я не знаю, что было бы; возможно, я принял неверное решение.

– Нет, – вмешался Браун. – Огонь уже проник на одну из лестниц. Вероятно, проникнет и на другие. Что, если бы их отрезало на полпути?

– Все равно, это лучше, чем сейчас, – сказал Гиддингс, – когда они там, как в тюрьме. И все это только потому...

– Почему? – спросил Нат и покачал головой. – Все не так просто. Случилась уйма событий, которые не должны были случиться, но случились, и одновременно. Прежде всего, мимо нас двоих не должно было пройти то, что затеял Саймон.

– Он нас перехитрил, он и его чертов бригадир.

– И еще инспектор, – добавил Нат. – Инспектор не должен был пропустить такие изменения, но это произошло. И это еще один факт.

Он взглянул на Брауна. Тот сердито кивнул:

– И мы тоже кое-что пропустили, хотя не должны были. Там, наверху, есть гидранты, но нет шлангов, а теперь в них, разумеется, нет напора, потому что трубы наверняка лопнули от жары и скопившегося пара.

– Вы не хотели сегодняшнего приема, – сказал Нат Гиддингсу. – Фрэзи должен был его отменить, но поскольку вы не сумели его переубедить, он этого не сделал. И, конечно, никто не учитывал, что какой-то маньяк проскользнет, минуя полицию, на технический этаж в подвал и наделает Бог знает какого вреда, заодно покончив с собой. Мы знали, что внутри кто-то есть. Нужно было настаивать на проверке всего здания...

– Этаж за этажом – для этого нужна целая армия, – возразил Гиддингс. – Не будьте так наивны. – Его возбуждение немного улеглось.

– В том-то все и дело, что нет, – сказал Нат. – Мы могли стоять на своем до посинения, но никто бы на нас и внимания не обратил. – Он снова взглянул на Брауна. – В одном вы правы – у нас больше знаний, чем разума. – Он устало махнул Гиддингсу рукой. – Пойдем посмотрим, может что-нибудь получится с лифтами.

– Я бы хотел, чтобы вы были здесь, когда прибудет Береговая охрана, – заметил Браун. – Это ведь ваша идея.

Нат устало кивнул и вышел.

В канцелярии банкетного зала губернатор, обращаясь к шефу пожарной охраны, говорил:

– Рано или поздно у нас возникнут проблемы, возможно, возникнет паника. На всякий случай нужно собрать четыре-пять официантов, что помоложе и покрепче, и попросить их быть наготове.

– Я это устрою, – ответил тот и вышел.