Читаем Башня полностью

— Прекрасное чудовище, – сказал Гиддингс. – Стыдно сказать, но я в нее просто влюблен. Ничего, завтра выясним, что там с теми проклятыми изменениями, пройдемся по ним и все выясним. Я говорил с Бертом Макгроу, он готов сделать все необходимое, а раз Берт сказал, значит сделает.

Он уже был в хорошем настроении:

— Вы иногда бываете колючим как еж, Нат Вильсон, но должен сказать, что хотя у вас и бывают странные идеи, свое дело вы знаете хорошо. Это точно.

 Он вдруг запнулся. Глаза его прилипли к экрану. На экране все еще была Башня. На фоне ослепительного синего неба было видно все сверкающее на солнце сооружение. Гиддингс немного неуверенно произнес;

— Что означает это облачко дыма? Там, сбоку.

– Ага! – Нат уставился туда же.

— Это решетки кондиционеров, – сказал Гиддингс. – Где-то внутри появился дым, а это значит... Куда это вы?

Нат уже почти выбрался из бокса. Гиддингс крепко ухватил его за пиджак.

– Ах ты, гад, – прошипел он. – Так ты все знал. Все это время знал...

Нат удивительно легко разжал его кулак, выскочил из бокса и остановился.

– Я иду туда, – сказал он. – Пойдете со мной или так и не соизволите приподнять свою толстую задницу?

Посреди площади стоял командир пожарной части в белой каске и с мегафоном и руководил ходом работ. По ступеням крыльца змеились пожарные шланги. На полу вестибюля уже образовались лужи.

Постовой Шэннон объявил:

– Никому не заходить за барьер! – и добавил: – Надо же! Опять вы!

– Уйдите с дороги! – рявкнул Гиддингс и шагнул вперед.

Тут появился постовой Барнс. Его черное лицо стало озабоченным.

– Полегче, Майк, – сказал он Шэннону, а потом, обращаясь к Гиддингсу и Нату, – к сожалению, у нас приказ.

Улицу прорезал пронзительный звук сирены; появился черный лимузин с мигалкой. Машина еще не остановилась, а из нее уже выскочил заместитель начальника пожарной охраны Браун. Он был без шляпы, с растрепанными рыжими волосами. Его неуклюжая походка заставляла вспомнить большого нескладного аиста. Он остановился перед Натом:

– Вы что, точно знали, что это произойдет?

«Этот вопрос мне будут задавать снова и снова», – подумал Нат, но не знал, как быть:

– Неужели сейчас время для объяснений? Ваше дело заниматься пожаром, а мы здесь, чтобы помочь, чем можно.

– Чем именно?

– Пока не знаю, но мы вдвоем знаем это здание лучше всех, кроме тех, кто внутри.

Он, разумеется, думал о Бене Колдуэлле и Берте Макгроу. Это был своего рода генеральный штаб. Он и Гиддингс возглавляли строительство и знали все в здании настолько подробно, насколько может знать его человек, проводящий в нем день за днем, месяц за месяцем.

Нат добавил: – А, может быть, и лучше, чем они.

– Ладно, – ответил Браун. – Проходите, но не мешайте нам.

Шэннон собрался было протестовать, но Фрэнк Барнс жестом остановил его.

– Желаю удачи, – сказал он, сделал паузу и добавил: – Я это серьезно.

Браун направился к командиру пожарной части, стоявшему посреди площади:

 – Что случилось?

– Мы еще не выяснили, с чего все началось. На третьем или четвертом этаже. – Командир пожал плечами. – Но горит здорово. Чертовски здорово.

Гиддингс вмешался:

– А что со спринклерными системами?

Командир внимательно посмотрел на него и кивнул:

– Автоматическое орошение помогает. Большинство пожаров оно локализует. Но здесь этого не произошло.

— И что это значит? – спросил Нат.

– Что это значит, я не знаю. Разберемся, когда все кончится. Иногда спринклеры только разносят огонь. Например, когда горят поташ, натрий, электрооборудование или бензин; вода здесь ни к чему.

Нат медленно произнес:

– Поташ, натрий... вы думаете, бомба?

– Скорее всего. – Командир поднял мегафон. – Еще шланги! Давайте внутрь! – Он опустил мегафон. – Видите, дым черный, а это может означать и множество других причин.

Гиддингс сказал:

– Вы намекнули, что существует возможность возгорания электрооборудования? – и взглянул на Ната.

— Кто его знает, – ответил Нат. – Третий, четвертый, этажи... – Он покачал головой. – Это не технические этажи, там ничего нет.

Браун заметил:

– Шеф наверху, в банкетном зале. И мэр тоже.

— И еще чертова уйма всяких шишек, – добавил Гиддингс.

Браун его уже не слушал. Он спросил у командира:

— Не убрать ли их всех вниз? Там есть телефон. И двух скоростных лифтов вполне достаточно.

– Если вы попытаетесь доставить их вниз другим путем, – сказал Гиддингс, – это будет адская прогулка. Ядро здания, где расположены лифтовые шахты, – самое безопасное место.

И тут они скорее почувствовали, чем услышали, что где-то, казалось прямо у них под ногами, раздался сильный взрыв. Через мгновение к ним долетел его звук, глухой и отдаленный, похожий на звук резко захлопнутой двери. Лужи воды на полу вестибюля подернулись рябью. Все освещение сразу погасло. Гиддингс тихо прошептал:

– Господи Боже!

Браун взглянул на Ната:

– Что это значит?

Нат закрыл глаза, потом снова открыл их, потряс головой, чтобы прийти в себя, и медленно, хрипло ответил:

– Там, внизу, все коммуникации, все, что снабжает это здание и поддерживает его существование.

– Внизу, в подвалах, все вводы высокого напряжения, да?

Нат кивнул.

Гиддингс повторил:

– Господи Боже!