Читаем Башня полностью

На каждом техническом этаже есть так называемый кабельный отсек, и Коннорс при случае улучил несколько минут, чтобы понаблюдать за работой людей из электротехнической фирмы, когда те снимали с кабелей экраны из проволочной пленки и пластмассовую изоляцию, чтобы добраться к тем толстым жилам внутри, по которым течет ток.

Он знал, что с помощью понижающих трансформаторов необходимое количество электроэнергии подается с каждого технического этажа в соответствующую вертикальную секцию здания и что там же проходят на следующие технические этажи кабели высокого напряжения, поступающего с соседней электростанции. Как велико это напряжение, он не имел понятия, но думал, что оно достаточно велико, может быть, даже и пятьсот вольт, иначе зачем бы его понижать?

Его первой мыслью было уничтожить электротехническое оборудование, обслуживающее верхние этажи Башни, и тем самым изолировать верхний салон, где будет проходить прием. В его сумке лежал восемнадцатидюймовый ломик и немного украденной пластической взрывчатки, которыми, как он думал, можно наделать столько дел, что по всей Башне искры полетят.

Но чем больше он раздумывал, тем чаще говорил себе: «К чему ограничиваться только верхушкой? Почему не устроить диверсию на основной линии, внизу, в недрах здания, где проходят электрические кабели прямо с подстанции? Зачем ходить вокруг да около, если можно шагнуть сразу в дамки? »

Это была очень лакомая идея.

Достаточно только не попасться никому на глаза, и ничего сложного не будет. Но нужно приготовиться и к тому, что удача вдруг отвернется.

Он открыл сумку с инструментами и вынул ломик, который с одного конца был загнутым, а с другого – плоским и заостренным, Его спокойно можно было использовать как оружие, и если бы пришлось, Коннорс так бы и сделал.

Когда Нат с Гиддингсом вышли из Башни, на площади как раз устанавливали высокий помост, на котором должно было проходить торжество. Гиддингс взглянул на него с отвращением.

– Вот начнется болтовня! – сказал он. – Губернатор будет поздравлять мэра, мэр будет поздравлять Гровера Фрэзи и некий сенатор будет утверждать, что это здание – огромное достижение человечества. – Он запнулся.

– А может быть, это и правда, – сказал Нат. Снова вспомнил реплику Бена Колдуэлла о Фаросе. – Центр мировых коммуникаций...

– Это все ерунда, и вы это знаете. Это всего-навсего чертовски большое здание, которых и без того хватает.

Нат подумал, что Гиддингс испытывает к зданию, в рождении которого он участвовал, любовь и ненависть. Но, уж если речь зашла об этом, он и сам колеблется между гордостью и восторгом, с одной стороны, и отчаянием от того, что это чудовище уже давно своим величием подавляет всех к нему причастных, – с другой.

– Тогда останьтесь и прокляните ее, – сказал он.

– А вы куда?

Возникшее между ними напряжение грозило перейти в открытую неприязнь. Если до этого дойдет, то ничего не поделаешь, но торопить события Нат не хотел.

– Туда, куда мне давно пора, – ответил он. – К Джо Льюису, по поводу тех изменений.

Пересекая площадь, он достал из кармана пропуск.

На этот раз он поехал в центр к вокзалу «Гранд-централь» на метро, потом вернулся на два квартала назад по Парк-авеню к Дворцу архитектуры и поднялся на лифте на десятый этаж, где на стеклянных дверях была надпись: «Джозеф Льюис, инженер-электрик». Кабинеты и чертежные залы занимали почти целый этаж.

Джо Льюис сидел в своем огромном кабинете, где все равно было не повернуться, не снимая шляпы. Это был маленький человечек, резкий, быстрый и прямой.

– Если речь идет о каком-нибудь новом проекте, то объясните Бену, что на ближайшие полгода у меня работы выше головы. Если он может подождать...

Нат бросил на стол пухлый конверт и следил, как Джо взглянул на него, взял и высыпал копии извещений на изменения на крышку стола. Одну за другой быстро их просмотрел, потом отбросил, как нечто живое и неприятное. Наконец, с нескрываемой яростью взглянул на Ната:

— Это ваша работа? Кто вам, черт побери, дал на это право?

— Я их впервые увидел сегодня утром.

— Но там стоит ваша подпись!

Нат завертел головой:

– Моя фамилия, да, но писал кто-то другой.

Правда начинала терять в весе, как слово, которое слишком часто повторяют. «В конце концов этому и я перестану верить», – подумал он.

– А кто?

 – Понятия не имею.

Джо ткнул в бумаги пальцем:

— Эти изменения действительно произведены?

— Это еще предстоит выяснить.

Пока разговор был бесполезным, но нужно было с чего-то начинать.

— А что вы хотите от меня? Я поставил вам чертежи, всю электрическую часть, весь монтаж. Если все сделано по документации, а не по этим...

 – Никто вас ни в чем не обвиняет.

«Пока», –  – подумал Нат, но это «пока» касается всех.

— Я только хочу, чтобы вы мне сказали, что здесь самое важное. На что нам обратить внимание.

— На все. На каждый пустяк, хотя бы пришлось разрезать всю Башню на части. Я буду на этом настаивать. Господи, о чем вы думаете, ведь всю эту документацию подписал я.