Он поднял левую руку с пистолетом и ждал. Ему с трудом удавалось держать глаза открытыми.

Бандиты из внедорожника вбежали в магазин с пистолетами в руках. Первый выстрел Тамаза попал одному из них в шею. Во второго он промахнулся, но этого было достаточно, чтобы тот выскочил из магазина.

Имран подобрался к магазину на четверенька и сунул внутрь голову. Тамаз выстрелил в него, но промахнулся. Но Имран не промахнулся. Его пуля угодила Тамазу в челюсть и, пробив ее, пронзила затылочную кость. Вторая пуля сделала маленькую дырочку между бровей Тамаза. Имран Велиев вскочил на ноги. Тамаз Сулаквелидзе все еще сидел у стены, подтянув колени, но теперь его голова безжизненно свешивалась вниз.

Имран подошел поближе и выпустил еще одну пулю ему в голову.

Пятью минутами позже молодой угонщик автомобилей Жорик Бочаров по кличке Бочка въехал на ярко-желтом «фольксвагене-гольф» во второй гараж братьев Сулаквелидзе. Братья давно пользовались его услугами, платя за угнанные машине немного, но стабильно.

Весть о случившемся еще не достигла этой улицы. Гоги вышел навстречу посмотреть на машину.

— Хорошая штучка, — сказал он. — Внешне, по крайней мере. Подгони ее к свету, взглянем на двигатель.

— Потроши ее сам, — сказал Жорик. — Я бегу в туалет. Два часа от ментов уходил.

Гоги посмеялся, увидев, как он поскакал к туалету. Но он бы так не смеялся, если бы был в состоянии видеть, как пацан, минуя туалет, дернул со двора на улицу.

Гоги сел за руль и подогнал машину под большую висячую лампу. Он обошел украденную машину и поднял капот. Взрыв пятисот граммов тротила был слышен за много километров от гаража, он выбил окна в ближайших домах и почти полностью снес здание гаража. Все, что было найдено от Гоги — это кусок его башмака.

10 апреля, Москва, Кузьминки утро…

Гурам по прозвищу Змей спал на своей большой кровати, когда в дверь позвонили. Весь день он отсыпался после ночных бдений. Было часов утра, когда он заснул. Несмотря на это, услышав звонок, он сразу проснулся, одна рука автоматически нашла пистолет на столике у кровати. Он вскочил. Звонок повторился. Он прошел в прихожую.

— Кто здесь? — спросил он через входную дверь.

— Это я, Мишка! Ну, Петруччо. Открывай! Я пытался дозвониться до тебя по телефону. Идем, Гурам! Нам с тобой надо действовать быстро. У нас неприятности!

Змей поморщился. Его репутация страдала от того, что не слышал телефонного звонка.

— Подожди, — пробормотал он, — сейчас я оденусь.

— Поторопись, мы должны ехать.

— Сейчас. — Змей открыл дверь.

Дверь резко хлопнула по его руке. Петруччо вошел с пистолетом в руке.

— Какого х…

Голос Гурама прервался, когда два человека ворвались в прихожую. Он сразу узнал их. Это были сборщики податей из команды Мирзы, крупные взрослые мужики, специализировавшиеся на вышибании долгов и взимании недоимок. Гурам Змей попятился было в спальню, но Петруччо стукнул его по затылку рукояткой пистолета.

Прежде чем Змей опомнился, два сборщика сидели на нем, один из них держал его руки, а второй заткнул рот кляпом.

Он боролся, отчаянно пытаясь вырваться из их рук, но физически он не был силен. Вскоре его руки уже были связаны за спиной.

— Извини, братэлло, тут ничего личного, — пояснил ему Петруччо. — Просто сейчас нет времени разбирать на чьей ты стороне — мочим всех до кучи. Кого увидишь там, — он ткнул пальцем в потолок, — привет передавай.

— Трепачлыг элямя[7]! — сострил один из сборщиков.

Второй раскрыл большой кривой нож и перерезал горло Змея от уха до уха. Когда из артерии забила кровь, он отскочил назад, чтобы не запачкаться. Потом вытер нож о халат Змея, прошел в ванную и вымыл руки. В туалет он не заходил, а то в этой квартире наверняка стало бы на один труп больше. Поскольку там ни жива ни мертва сидела любовница Гурама и про себя молилась всем святым каких только могла вспомнить.

Казино «Изумруд», 13:15

Мирза ходил по кабинету в своей резиденции, как леопард по клетке, в то время как Рамиз принимал по телефону последние сообщения.

Он повесил трубку и улыбнулся.

— Сегодня хороший день: Тенгиз, Тамаз, Змей, Важа, Гоги…

— Хорошо да не очень, — резко бросил Мирза. — Где, черт возьми, этот ограш[8], брат Тамаза?

Мотель Солнечный, в то же время

Между тем Валико, откинувшись назад на спину кровати в лучшей комнате мотеля «Солнечный», курил сигарету, в то время как обнаженная восемнадцатилетняя девушка с соблазнительно торчащими грудями сидела у него на коленях и лизала его пальцы. Он пассивно смотрел на нее и курил. Видя, что ее усилия не достигли успеха, она встала на колени, раздвинула его ноги и наклонилась вперед. Она начала двигать своими плечами. Ее пляшущие груди двигались вверх и вних, касаясь его бедер.

Валико отбросил сигарету и сказал:

— Ну все, милая, похоже, с меня достаточно.

Она робко посмотрела на него.

— Может, еще что-нибудь? Мне сказали сделать так, чтобы ты был доволен…

— Можешь считать, что я доволен.